Тем временем, наружу выбрался перепуганный Ыглар с кучкой других детей. Тех самых, которых друзья тренировали.

И как бежать, когда эти мелкие идиоты прицепились к нам? — вдруг подумал Зур’дах, а потом взглянул на наездников на птицах, —А от них вообще возможно сбежать? Нас же будет видно отовсюду… Впрочем, а зачем нам бежать? Нас пока никто не трогает…пока…

Стражи бродили среди трущоб и выталкивали в центр детей и совсем молодых гоблинов. Часть стражей продолжала выскакивать из тоннелей.

Ну а потом с неба спустился член Ордена Заката на огромной птице. Он приземлился прямо в жилища гоблинов, и птица, взмахами крыльев, раскидала жилища. Их просто смело в стороны. А молодой человек спрыгнул и втянул воздух, после чего скривился.

Практик был в черно-красных одеждах.

И вот даже глядя на этого орденца, Зур’дах чувствовал, как инстинктивно начинает использовать Кровь. Потому что этот человек был опасен — опасен на уровне инстинктов. Последний раз молодой гоблин чувствовал подобное когда сражался против кучи драуков вместе с Чернопрядцем.

Маэль тоже вздрогнул, понимая, что ситуация резко накаляется.

Пока стража выпихивала детей к центру трущоб, к границе, Шарх молча и обреченно смотрел на всё это, даже не пытаясь вмешиваться, хоть, Зур’дах был уверен, с несколькими десятками стражи он и его мутанты бы справились. На людских и гнолльских территориях происходило всё то же самое. Только там не приходилось выкуривать никого из подземных тоннелей — просто потому, что там их не было.

Значит, они тут уже обо всем договорились, — решил Зур’дах, глядя на слаженные действия стражников и отсутствие сопротивления со стороны трущобников.

Молодой человек, приземлившийся на самой огромной птице прямо в центре трущоб, чего-то ждал. И скоро стало понятно чего. Из ворот выехала запряженная ящерами повозка и помчалась прямо к нему по границе трущоб, правил ей старый-старый практик Ордена.

Хоть до молодого практика Зур’даху было несколько сотен шагов, слова, которые произнес старик, он услышал.

— Глава, — поклонился старик.

А потом из повозки высыпали крепкие и мускулистые люди, которые дружно вытащили наружу большой булыжник. Он был покрыт странными выемками и символами.

— Зур’дах? Мы это… Может, бежать будем? — вдруг предположил Маэль.

Фактические, конечно, шансы сбежать у них были, вот только на практике сделать это было сложно. Пришлось бы прорываться с боем.

— Нет, — вдруг ответил Зур’дах, — Я хочу увидеть, что они хотят сделать. Возможно, это важно.

Он подсознательно чувствовал, что сейчас произойдет что-то важное для всех, и хотел увидеть это.