— Твою мать…

— Вот же дерьмо…

Понемногу молодой глава отпускал давление, позволяя придавленным Старейшинам приподнять головы.

— Теперь, когда в ваших головах прояснилось, и вы осознали свое место, которое, видимо забыли, пора обновить клятвы. По одному подходите к камню — я лично слежу за процессом, всё ясно?

Старейшины молча кивнули.

— Ты знал, — прошипела Лейша толстяку Талу.

Тот пожал плечами.

Крул стал у камня и направил туда поток своей силы. Символы и печати засияли ярко как никогда.

Нехотя, один за другим, Старейшины подходили, клали ладони в выемки для ладоней, и через мгновение вязь светящихся письмен, напоминающих татуировки, впитывалась в них из камня. Лица их корчились от недовольства и молчаливого возмущения.

От нового главы требовалась только энергия, всё остальное камень делал сам — в него были уже заложены необходимые клятвы.

Через пять минут перед Крулом стояли девять старейшин, вдруг потерявших всю спесь. Ноги их дрожали от энергии, которую наполняли новые клятвы, и этому молодому главе они желали одного — скорейшей и мучительнейшей смерти. Однако они молчали. Жить они хотели еще больше.

— Ну вот, можете же быть покорными и послушными.

Крул прошелся между ними.

— Вы давали клятвы ордену и орден дал вам всё: силу, возможность развиваться, сытую жизнь… И вот ваша благодарность?Да?

— Ни ваши лица, — продолжил он, — ни ваши поступки, ни состояние отделения не внушают мне никакого доверия. Для меня вы — предали. Будь моя воля — ни один из вас не вышел бы из этого зала живым, это понятно?

Раздались нестройные «ага».

— Вы живы лишь по одной причине — вы еще можете быть полезными ордену, но как только ваша польза станет…сомнительной….

Что будет дальше все поняли без слов.

От этого молодого человека, который выглядел столь невинно и…по-детски наивно, с каждым мгновением всё больше веяло холодом и какой-то ледяной жестокостью. Проняло всех.

— И еще…Прошлый глава.

Эти два слова заставили всех оцепенеть.

— Если думаете, что в ваш бред о том, что он просто взял и скончался хоть кто-то в центре поверил, то вы глубоко ошибаетесь.

Крул лукавил: часть совета хотела в это поверить, потому что это было удобно и это была возможность просунуть своего человека на освободившуюся должность. Кроме того, никто не хотел заниматься расследованием, которое, скорее всего, ни к чему не приведет — слишком много времени прошло. И все следы, скорее всего, уже убраны. Но его учитель считал иначе.

Старейшины один за другим сглотнули.

— Поэтому, когда я узнаю кто это сделал, или помог сделать, или был замешан в этом, — он заплатит за это.