Он помнил, что ему нужны все три. Двумя он уже владел, но третий… — это было впереди. И тогда ему откроется то, что в одной из прошлых жизней он продемонстрировал — Владение Временем.

Зур’дах вздохнул — это было слишком далеко, слишком абстрактно. Сейчас его задача была проще — выжить, адаптироваться, понять, что происходит вокруг, и научиться пользоваться Ци.

Он продолжал сидеть с закрытыми глазами, контролируя дыхание. Медленный вдох. Еще более медленный выдох. Вдох. Выдох.

Бааам!

Оглушительный удар гонга прокатился по всему Ордену Заката, заставив стены дрожать и проникая в каждый уголок огромного комплекса.

Зур"дах дернулся и его рука инстинктивно потянулась к копью, которого рядом не было. Держать оружие в казармах запрещалось.

Сердце тут же забилось быстро-быстро, а тело приготовилось к атаке. Просто еще один инстинкт бойца — всегда и везде быть готовым к бою. Поэтому они с Маэлем и выжили.

Через секунду Зур"дах сделал вдох и успокоил тело и сердце.

Никто ни на кого не нападал. Это был просто непривычный звук. Звук нового порядка. Нового места.

На соседних циновках поднимались остальные гоблинята. Маэль потягивался и зевал, но выглядел бодрым. Ыглар испуганно озирался по сторонам, пока не увидел знакомые лица друзей.

Бааам!

Еще один удар гонга, а потом еще один.

Бааам!

Три удара. Так, чтобы встали точно все.

Это не просто звук, — подумал Зур’дах. — Это инструмент контроля. Он подчиняет тысячи жизней единому ритму.

Все встали и выстроились возле казармы под взором старика-Практика.

Слуги Ордена быстро провели их в умывальню — небольшую каменную пристройку с деревянными корытами, наполненными холодной водой. Было непривычно и приятно ощутить чистую воду: что в Подземельях, что в трущобах вода была редкостью. Единственное место, где ее было в избытке — это бордель Неларии, но там все было как-то иначе, приторнее. А тут… Тут была строгая простота.

Через несколько минут все дети построились перед казармой. Это тоже стало ритуалом — каждое утро они собирались и шли в общую столовую, которая находилась между всеми тремя казармами.

Столовая была довольно просторным помещением с длинными деревянными столами и скамьями. Стены украшали простые флаги с символом Ордена — стилизованным закатным солнцем. Тут были все те, кто прошел отбор в трущобах: гоблины, люди из беднейших слоев, гнолли и полукровки.

Зур’дах заметил, что между группами сохранялась невидимая граница. Гоблины сидели отдельно, люди — отдельно, гнолли тоже держались особняком. Наверное странно, если бы было по-другому. Все-таки жили они отдельно, каждый со своими.