Молодой гоблин смотрел на Символы и ему они уже нравились. Их линии плавно изгибались, перетекая друг в друга и образуя сложные, но при этом гармоничные узоры. Некоторые из них напоминали упрощенные изображения предметов: одна линия была похожа на горизонтальную прямую с небольшим выступом — очевидно это была «земля», другая — на волнистую черту, обозначающую «воду». Но большинство символов были абстрактными, состоящими из переплетенных линий и точек.

Красиво, — подумал Зур’дах.

— Первый символ означает «начало», — Фарух указал на знак, напоминающий спираль с тремя лучами. — Пока просто запомните его форму. Прежде чем вы начнете воспроизводить символы, вы должны научиться держать палочку правильно. Смотрите на меня и повторяйте.

Старик взял в руку угольную палочку и продемонстрировал детям правильный хват.

— Не сжимайте ее как кинжал или молоток, а держите мягко, как перо птицы. Легко, но уверенно.

Зур’дах взял палочку в руки, пытаясь повторить движение старика, и…сразу же почувствовал дискомфорт. Пальцы инстинктивно сжимались крепче, чем того требовала палочка. Годы тренировок в Ямах приучили руки к железной хватке. Даже когда он обычно рисовал, то брал камешки и буквально выцарапывал на поверхности рисунки. Это требовало совсем другого хвата и очень сильного нажима. Тут же всё было иначе.

— Расслабьте кисть, — сказал Фарух глядя на них, — Вы не собираетесь никого убивать этой палочкой. Вы создаете.

Рядом Маэль тоже мучился с правильным хватом.

— Это сложнее, чем кажется — тихо пробормотал друг, глядя на дрожащие линии, которые оставляла палочка на бумаге.

Когда Фарух был более-менее удовлетворен их хватом, он указал на один из символов и сказал начинать рисовать.

Казалось бы, что может быть проще? Всего одна изогнутая линия. Вот только когда Зур’дах попытался ее нарисовать, получилось совсем не то, что им показывал Фарух. Линия вышла грубой и довольно угловатой: в некоторых местах палочка оставляла слишком толстые мазки, в других же едва заметные царапины.

Камнем было бы проще, — неожиданно подумал Зур’дах.

Зур’дах оглядел остальных. У всех были похожие проблемы: Маэль сжимал палочку так, словно собирался ею кого-то проткнуть; Ыглар держал инструмент правильно, но его маленькие пальцы дрожали от напряжения; Дорах, один из человеческих мальчиков, вообще не мог провести ровную линию — палочка прыгала по бумаге, оставляя зигзагообразные следы. Остальные дети справлялись по-разному, но все мучились не меньше Ыглара.

Гнолл же… Зур’дах покосился на единственного представителя этой расы в их группе. Его когтистые лапы были совершенно не приспособлены для такой тонкой работы. Каждый символ выходил рваным, с грубыми линиями. Хотя Зур’дах был удивлен тому, что он в принципе был способен хотя бы на это. И уж тем более удивительной была его память, из-за которой его отобрали.