Через час Фарух объявил перерыв и вышел наружу.

— Отдохните немного и мы продолжим.

Дети с облегчением отложили палочки. Зур’дах потер уставшие пальцы. Держать палочку правильно оказалось на удивление утомительным: нужно было контролировать каждое движение, каждый нажим.

— Зачем нам это вообще нужно? — тихо спросил Маэль, потирая затекшую шею. — Мы что, будем писать какие-то свитки?

Зур’дах покачал головой:

— Не знаю…но думаю не всё так просто.

— Может, они хотят сделать из нас переписчиков? — продолжал строить предположения Маэль.

— Вряд ли, — возразил Зур’дах. — Переписчики нужны, но зачем тратить время на обучение трущобников? Думаю для этого есть обычные ученики.

Через несколько минут Фарух вернулся и они продолжили.

— Это символ «неба», — пояснил старик. — Одна вертикальная черта и две горизонтальные, пересекающие ее. Простейший знак нашего письма.

Зур’дах внимательно изучал символ. Действительно, ничего сложного: три линии, расположенные в определенном порядке. Он взял палочку и попытался воспроизвести увиденное.

Вот линия вниз. Затем следующая линия слева направо через середину. И еще одна линия выше первой.

Получилось кривовато из-за легкого дрожания тонкой палочки. Линии выходили неровными, словно их чертила дрожащая рука старика, а не молодого гоблина-мутанта.

Зур’дах стиснул зубы и попробовал снова.

Так, нужно расслабиться. Точно так же, как с Формами — не напрягаться, а позволить телу двигаться естественно.

Наконец что Зур’дах, что другие дети смогли добиться достаточной точности в воспроизведении этого символа и Фарух перешел к следующим символам.

— Этот символ обозначает «силу», — объяснял старик новый символ, медленно вычерчивая на большом куске бумаги изогнутую линию с тремя короткими штрихами. — Смотрите внимательно на направление движения: сначала основная линия слева направо, а затем штрихи сверху вниз.

Дети принялись копировать. У большинства получались корявые закорючки, мало напоминающие образец. Зур’дах сосредоточился и попытался расслабить руку, как советовал старик. Это было уже проще, чем те плавные линии-загогулины самого первого символа, который им дали.

Но даже такой, казалось бы, простой с виду символ не удался ни у кого. Фарух ходил от одного ребенка к другому и недовольно цокал языком.

— Не то. Не то. Линия слишком резкая. Неровный штрих, значит у тебя дрожала рука. Не торопитесь, у нас нет задачи сделать всё как можно скорее. В письме важна не скорость, а точность, потому что каждая черточка, каждый штрих имеет значение.

Зур’дах не считал попытки, Фарух тоже. Просто в какой-то момент он, проходясь от стола к столу, сказал, что с этим символом закончили и пора переходить к следующему. Однако сам Зур’дах был недоволен результатом: он видел разницу между своими попытками и тем символом, который стоял перед ними. Он не знал, для чего это им будет нужно, но хотел повторить его идеально.