— Добровольно? — уточнил Бар.
— Абсолютно добровольно. А другой парень жертвует нам литр сомы тоже, разумеется, добровольно.
— Так.
— А третий парень выполняет работу, допустим он установил пространственный карман по просьбе профсоюза.
— И тоже добровольно.
— Да. А главное безвозмездно, то есть даром. Благодарный друг профсоюза за то, что мы ему поставили пространственный карман, жертвует нам пятнадцать тысяч кворков. Тоже безвозмездно, то есть даром. А главное, его пожертвование не облагается налогом.
— Ого, — Бар присвистнул, — А в какой момент мы платим в казну?
— Ни в какой, Бар. В том и дело.
— А с парнями мы как рассчитаемся? С теми, которые ману притащили и все сделали.
— Зачитываю: 'общественная организация имеет право распоряжаться пожертвованиями на свое усмотрение, в том числе производить закупки для собственных нужд, а так же оказывать помощь, — подчеркиваю это, Бар! — оказывать помощь членам организации.
— То есть мы можем с ними рассчитаться, но не деньгами, — догадался Бар.
— Именно, — я не выдержал и рассмеялся, — Копель думал, что подложил нам свинью, а он преподнес нам шикарный подарок.
— То есть сможем расширить нашу бартерную схему? — уточнил Бар.
— И расширить, и углубить. Понятное дело, борзеть не надо. Во все тяжкие пускаться не будем. И вообще будем стараться деньги через предприятие проводить по минимуму. Но это уже так. Подстраховка. На самом деле наша схема легализована самими властями и выведена из-под налогообложения. Чего нам еще желать?
— Марк, зря я принес тебе сому. Надо было сразу нести мой фирменный коктейль.
— Ох… ладно, спустимся в бар на пятнадцать минуточек.
Глава 24
На утро меня разбудило какое-то треньканье. Причем полное ощущение, что тренькает прямо внутри черепной коробки.
— Гор, что опять… — я потряс головой в неосознанной попытке вытрясти этот звук из головы.
— А что опять? — проворчал Гор, — Ты опять зажал для меня отработки, а сам надубасился того коктейля.
— Вот не надо меня виноватить. Прекрасно помню, как качнул в тебя три литра желтой маны.
— Три литра⁉ Это издевка.
— Ну извини. Желтая мана стоит дорого.
Гор обиженно замолк. А я, наконец, понял, что у меня тренькает. Это тренькает мобильный помощник, оповещая о системных сообщениях. Залез во вкладку профсоюза. Ого. Уже семь тысяч людобогов вступило в организацию, и продолжают вступать с интервалом в несколько секунд. Вот оно и тренькает. Отключил звуковое оповещение о новых вступлениях. В голове сразу стало тихо.
Сегодня мой рабочий день начинается не с посещения объектов, а с прихода в офис. Надо бы озаботиться новым имиджем. Я ж теперь не такой как все, я ж работаю в офисе. Раньше мой доспех мог принимать любые внешние формы, превращаясь хоть в тот же костюм. Теперь функция недоступна.