Впрочем, даже сейчас мечник понимал, что все могло быть куда хуже. Его последний маневр смазал атаку бугая и большая часть его накопленной энергии ушла в никуда: тот удар и на пинок-то не особо походил — просто разница в массе и импульсе была настолько огромной, что более легкого Виктора просто унесло.

Неизвестный зомби, к слову, тоже смягчил падение хитокири. Тварь в халатоподобных тряпках сейчас барахталась под телом Санитара, что-то шипела и размахивала руками. Точнее рукой, потому что вторая лежала прямо под мечником, согнутая под прямым углом. Сам мертвец своим закутанным в тряпки видом и лишайником на подбородке напоминал типичного террориста, только не из запрещенной в России организации, а поприличнее. Вроде тех мужей, что учатся в теологических университетах на одном далеком полуострове.

— Ви-и-и-ик! — Раздался громкий крик Коловрата. В его интонациях слышалась тревога и запоздалый страх вкупе с чем-то трудноопределимым. Мечник дернул головой, отгоняя навязчивый писк в ушах, и оглянулся на голос. Фигура бегущего к нему язычника обрела почти болезненную четкость, и Санитар вдруг понял, глядя в искаженное лицо своего напарника: это была ярость. Впервые он видел адепта Перуна в таком гневе.

Коловрат пренебрег всеми правилами конспирации, и, скорее всего, даже прямым запретом Эллы. Он просто рванул другу на помощь, не мешкая и не рассуждая. Виктор еще летел, сшибая своим телом парты, стенды и странную нежить, а черный кинжал сокомандника уже торчал из загривка бугая. В этот момент на этаж вступила и остальная группа наемников.

Первым шли Элла с двумя своими подчиненными. Женщина с ходу врубилась в толпу мертвецов, отбивая стаккато своей дубинкой по головам вялой нежити в ритме олдовой рок-группы. Смешное по меркам Катастрофы оружие било на удивление сильно и страшно: тяжелый стальной наконечник проламливал черепа словно гнилые овощи, перебивал конечности, с легкостью отбрасывал мобильную нежить вроде прыгунов или зомби-мечников. Отчет с мясницким топором на длинном древке и Осень, глушащий врагов с помощью странной хреновины, похожей то ли на кистень, то ли на моргенштерн, не отставали ни на шаг.

Позади троицы семенило оба монаха, Водолей, да Синица с троицей телохранителей. От первых толку было немного: они лишь патетично вскидывали руки, отражая всякую мелочь, боязливо втягивали головы в плечи, стоило очередному зомби оказаться рядом с ними, да довольно громко скулили. Этот рейд почему-то пугал их не меньше, чем масштабный прорыв в сам корпус.

Синица была полезнее: ее барьеры разделяли мертвецов, предотвращали слаженные атаки вроде тех воздушных волн, а также прикрывали ушедшего вперед Коловрата. Телохранители рядом напротив — лишь бестолково топтались на месте, тискали в руках непривычное им ударно-дробящее оружие, да обильно потели. Их огнестрел был почему-то убран в кобуру или за спину.