— Черт, ну ты и монстр, — Поморщился язычник, потирая скулу. Свалявшийся внутри комок из набивки (Коловрат подозревал, что это были банальные опилки) при такой скорости обрел поистине каменную твердость, — Я и заметить ее толком не успел. А уж отбить так тем более.

— Ну еще бы, — Хмыкнул Санитар, и его лицо тут же смягчилось, убрав все жесткие морщинки и складку между бровями. Коловрат украдкой испустил облегченный вздох, — У меня все развитие построено на ловкости и базовых характеристиках. Ты лучше сиди, тренируй свою молнию, кинжал, там, горло для воплей своему Перуну. Только постарайся приносить жертвы всяким капищам не в нашей комнате.

— Ты знаешь, еще немного и я нареку тебя посланцем Перуна, — Прокомментировал напарник монолог Виктора, — Тогда даже капище создавать не надо будет. Буду приносить тебе в жертву маленьких четырнадцатилетних девочек, пугающих до каменного стояка красавиц и всякую плюшевую нечисть. — Последнее, как настоящий Бог, разрешаю оставить тебе, — Хмыкнул Виктор, — Ладно, пошли уже завтракать, грязный язычник. А потом и аванс можно будет забрать. Все равно до восьми утра еще прорва времени.

Странно, но обеденный зал двое друзей нашли быстро и безо всяких сопровождающих, хоть и не запоминали вчера дорогу к нему. Спросить же было не у кого: по пути им никто не встретился. Несмотря на это обстоятельство, внутри столовой уже было не протолкнуться, и больше двух третей всех столов оказались заняты.

— Наверное все монахи пришли своей дорогой, — Кивнул Коловрат на одну из дверей рядом. Из нее то и дело появлялись новые люди, в отличие от той, через которую прошли напарники.

Виктор с тоской посмотрел на битком набитый зал, вздохнул, и пошел искать свободное место. Коловрат же в это время занял очередь за едой, приняв вид скорбный и унылый. Однако стоило Санитару отойти, как его напарник тут же начал шумно переговариваться с каким-то толстым монахом, а затем и вовсе травить бородатые анекдоты, не чувствуя никакого дискомфорта.

В это же время, костеря приятеля на все лады, Виктор искал им обоим свободное место. Проталкиваясь сквозь плотные тела священников, он только чудом сумел увернуться от подносов с едой, и не наскочить на завтракающих братьев. Наконец, у самой стены ему все же улыбнулась удача: на крайнем слева столе было свободно как минимум четыре места — две лавки друг напротив друга, а на двух оставшихся за столом в одиночку сидели две девушки. Вот только, подойдя ближе, Виктор с досадой узнал в одной из них знакомую наемницу — Эллу.

"Так вот почему к ним так никто и не подсел", — Кисло подумал он. Но отступать было уже поздно, и хитокири, приняв самый невозмутимый вид, сел на середину свободной лавки рядом с Эльзой. Девушка напротив вздрогнула, и на секунду в ее глазах мелькнула жалость. Потом ее босс подняла голову и миловидная брюнетка опять уткнулась носом в тарелку.