Таня спешила, будто мы были сильно ограничены во времени, и нам было назначено к какому-то сроку, но весёлая, пьянящая улыбка девушки стёрла все подозрительные мысли прочь.

Её тёплая ладонь крепко держала меня и тянула вдаль по ночным опустевшим улицам рая.

Я не задавал вопросов. Просто отдался на её волю. На девятом эхо мира я всё равно не сделаю ничего интересного, а так… мне будет полезно отвлечься, а может и узнать мнение со стороны.

Таня тоже не спешила продолжать диалог. Но её настроение не менялось.

Заметив мой интерес, она хитро улыбнулась, подмигнула и резко свернула в тёмный переулок, потянув меня за собой.

— Мы почти на месте, — сказала она хриплым голосом.

Мимо мусорного бака, обломанной пожарной лестницы. Влево, затем вправо и далее вверх — по деревянным ступенькам.

Точку инкарнации удалось сменить. Теперь её дом в новом месте и её никто не найдёт.

Мы поднялись на вершину четвёртого этажа, но девушка продолжила путь. Внешняя лестница дальше выводила на крышу.

На крышу, где оказалось самое странное жилище из тех, что я видел во всех мирах. Хотя может, Рыжий тоже мог бы с этим поспорить.

Над домом возвышалась небольшая стеклянная теплица, заставленная старыми вещами, будто склад, и с мутными стёклами. Растения тоже были — зелени было так много, что она прекрасно заменяла собой стены дома.

Таня открыла хлипкую дверь и вошла внутрь. Я шагнул следом за ней и погрузился в царство мягких цветочных ароматов.

Девушка коснулась рукой старой надбитой советской розетки и задела провод до этого не работающей гирлянды.

Передо мной раскрылось новое чудо, сотворённое Городом.

Сотни маленьких огоньков фиолетовых и бирюзовых оттенков подчёркивали изобилие зелени, превращая теплицу на крыше из старого заставленного и заброшенного помещения в сказочное место, где хочется собираться компанией и рассказывать истории.

— Дай угадаю: новый дом тоже относится к какой-то детской фантазии?

— В точку, — улыбнулась она. — Хотя здесь история будет скучной. Я просто когда-то увидела фотографии таких теплиц в черте города и влюбилась.

— В это нельзя не влюбиться, — согласился я.

— Я знала, что ты поймёшь! — улыбнулась до ушей Таня. — Но это так. Самое интересное будет дальше!

Она снова ухватила меня за руку, и мы направились через помещение. По деревянной дорожке меж земляных клумб, мимо крупных вьющихся огурцов и зарослей острого перца.

Теплица была очень хаотичной, и растения в ней располагались по тематическим грядкам, но вразнобой. Клумба с экзотическими цветами и следом — грядка томатов.

Мы прошли возле старого дивана, накрытого грязным пледом, мимо древнего деревянного пианино, которое, видимо, не раз пострадало под дождём, прежде чем оказалось под стеклянной крышей.