Последние минуты той жизни стояли перед глазами так, будто и не было между ними того долгого сна, от которого меня избавило лишь перерождение.

Примчавшиеся Лея и Михаил быстро избавили мир от предателя.

— Надеюсь, вопросов о том, зачем я это сделал не будет? — спросил Миша, когда мы обнаружили опустошённый алтарь алашанитов.

— То есть они украли собранную с массовых жертвоприношений силу, — понял я.

Мысли на тот момент ещё немного ворочались.

— Да. Они заговаривали тебе зубы, пока его подельница выкачивает всё с тем сумасшедшим неписем. Во и вся дружба. Те, кто переходят на ту сторону… перестают быть людьми.

Над телом Лены возвышалась Таня на роликах.

— Культист ушёл, — сказала она с сожалением. Но судя по ритуальному кинжалу в руках, без трофеев она не осталась.

— А вот и легендарная Тень, — неожиданно приветствовал её тогда Михаил, чем сильно меня удивил. Но с тем, чтобы связно мыслить были всё большие проблемы.

Я заставил себя закрыть глаза и повторить технику Маруславы, но… лучше бы я этого не делал.

Перед глазами вспыхнули настолько яркие гипнотические образы перетекающих друг в друга фракталов, что сделалось дурно. Я понял, что ещё немного, и меня стошнит.

С сознанием творилось что-то странное. Я то чувствовал себя вне тела, то смотрел калейдоскоп картинок.

— Значит, он сумел тебя найти и нанять? Далеко пойдёт. Рад, что ты возвращаешься.

— Ни за что, — отрезала Таня.

— Как хочешь. Позаботься о нём. У него истечение маны и втрое превышен порог синхронизации с изнанкой.

— Ээ…

Перед глазами на миг прояснилось, и я увидел очертания Михаила, медленно достающего пистолет.

— Оди… надцать… — прошептал я и повторил. — Одиннадцать…

— Хорошо, тогда я, — сказал шеф. — Это для твоего же блага, Полярис.

Так я умер.

Чтобы воскреснуть на новый день нового круга.

Была в этом только одна проблема — между этими двумя событиями на этот раз был не короткий миг забвения.

Почему-то я оказался в некоей абстракции посреди черноты. Будто очутился внутри калейдоскопа. Яркие цветные образы мелькали перед сознанием. Началась серия сюрреалистичных снов, в которых я забывал, кто я и что происходит. Вскоре я уже перестал что либо понимать и просто созерцал меняющиеся картинки. И вроде бы что-то делал, но едва ли мог управлять телом. Я даже не совсем понимал, что я сам такое.

Последней связной мыслью было то, что это всё может быть просто каким-то запредельным уровнем эхо. Какой у него вообще максимум? Пять сотен? Тысяча? Десять тысяч? На каком уровне эхо начинаются миры абстракций и каши из образов?

Пришёл страх. Осознание того, что я забываю самого себя. Страх, что я провалился так глубоко, что давно миновал астрал и ещё десяток слоёв за ним.