— Ах ты скотина! — рявкнул я и, без лишних церемоний треснул ветеринара в лоб. Ух, аж кулак отшиб!
Андреев упал, а мы ткнули его мордой вниз, прямо в крапиву. Кирилловский городовой, ловко усевшийся сверху, уже вязал ему руки невесть откуда взявшейся веревкой.
— Андреев, вы арестованы, — сообщил я.
Чуть было не брякнул — вы имеете право хранить молчание, имеете право на один телефонный звонок. Нет, это из американских фильмов. Уж год здесь, а все равно, иной раз что-то такое вылезает.
[1] По законам Российской империи для получения бессрочного паспорта нужно было отслужить на государственной службе какое-то время — пусть даже неделю.
Глава шестнадцатая Убийца — изобретатель
Задержанный ветеринар Андреев не желал пойти на контакт. Упорно отвергал мою попытку записать его данные — знаю, что дворянин, что должен быть православного вероисповедания, но это я должен услышать от него самого. А он лишь криво ухмылялся, а еще грозил подать жалобу — дескать, глаз у него стал плохо видеть. А убегал из-за того, что городовые в Кириллове, да и не только в нем, пользуются дурной репутацией. И не знал, что мужик в его собственном огороде на самом деле городовой.
С чего бы глазу-то плохо видеть? Ну, синяк у него под глазом. Откуда и взялся? Кажется, я ему в лоб давал, а не в глаз? Вот про Савушкина, здесь да, не удастся Андрееву еще одну статью влепить, за нападение на полицейского чина. Тот был в статской одежде… Но ему и того, что имеется, на каторгу хватит, как бы даже и не бессрочную. Но я не судья, приговор не мне выносить.
— Жалобу подавайте, я ее доставлю, и прямо окружному прокурору. Может, сам-то прокурор и не рассмотрит, он человек занятой, но его помощник — точно все рассмотрит.
Рассмотрит и ответ напишет. Вот, хоть прямо сейчас. А вот коли ты, любезный мой, все-таки со мной говоришь, значит, и дальше говорить станешь. Желательно только, чтобы побыстрее. Устал я от города Кириллова. Мне достаточно первичных показаний подозреваемого, а потом этапируем его в Череповец, там мы еще поговорим, если понадобится. А нет — так и ладно, пусть сидит до суда. Это в 21 веке нужно предъявить обвинение, а потом следует допросить подследственного в качестве обвиняемого.
И показания госпожи Зуевой уже не нужны, нет необходимости подтверждать алиби Никитского, а допрашивать прислугу я отправил Савушкина — пусть стажируется. Все, что осталось — сам господин Андреев.
И как же мне к нему подкатиться? Конечно, доказательств у меня выше крыши, но у нас главным считается признание самого подозреваемого. Значит, если я удивлялся этой штуке — троакару, то почему бы еще не поудивляться?