— Из-за тебя обожралась…

— Ты почувствуешь перед обедом, что твой желудок не сводит от голодной пустоты. Пообедаешь спокойно, без вульгарного желания нажраться, а после лёгкого обеда вдруг поймёшь, что тебя не тянет в сон.

Пора бы в очередной раз отомстить ей. Во-первых, за узость кругозора. Во-вторых, за пренебрежение моим мнением. Кстати, это весело и забавно, должны же быть в жизни радости.

— Ты так и не прочла «Директиву Колчина»?

— Да прочла, — отмахивается небрежно.

Вот за это сейчас и получит:

— И?

— Что «и»? — строгий взгляд поверх кофейной чашки.

— Как «что»? Какие предложения и выводы на основе этого документа ты подашь руководству? — хочется добавить ехидное о зажигалках, но жестить не стоит.

О зажигалках-то я молчу, но мой взгляд переполнен ехидством. Ей тяжело, я понимаю, но отказаться от лишнего подкрепления статуса в фирме? Невозможно!

— Говори уже…

— Что мне за это будет?

— Ночь страстной любви? — фыркает. — Ты и так со мной спишь каждую ночь.

— Это само собой. Но на этот раз мало.

А что — аппетиты-то растут. И я выкладываю свои требования.

— Да ты совсем офонарел! — искренне возмущена.

А что такого? Разве я хочу чего-то запредельного?

Требования.

Наряд на вечер:

босоножки на высокой шпильке (обязательно);

чёрные тонкие чулки на поясе (обязательно);

коротенький фартучек горничной (желательно);

чепчик горничной (желательно);

тонкие белые перчатки горничной (желательно);

блядский макияж (обязательно);

бюстгальтер (ни в коем случае);

трусики (ни в коем случае).

Вскакивает. Уже можно, кофе допит. Кричит с негодованием:

— Облезешь! Извращенец!

— Как знаешь, — пожимаю плечами и вздыхаю: — Полагал, что ты — профессионал.

Получаю обжигающий взгляд. Наслаждаюсь.

За удовольствие пришлось расплачиваться. Когда выхожу вслед за ней из дома, успеваю только заметить её приветственный взмах ладошкой. Затем машина мягко рокочет и по выверенной траектории уходит со двора на трассу.

— Классная тачка! — высказывается пожилой сосед, вышедший вслед за мной.

— Ага.

Беру себя в руки и перехожу на бег трусцой. Плевать, что думают окружающие. Милана всё равно довозила меня только до метро, моё место работы в другой стороне…

Время 09:05

Двухкомнатная квартира на Воронцовской улице.

Это и есть место моей работы. За эту квартиру и уходит двести с лишним тысяч на ипотеку. Раздеваюсь, иду в кабинет. Спальни здесь нет. Если ночую, то в общей комнате, я же один живу.

Милана как-то спрашивала старательно спокойным тоном:

— Не хочешь прописаться у меня?

— У меня есть прописка, — один из тех случаев, когда хочется самому себе язык откусить. Что стоило просто ответить «нет»?