— Разве это не была попытка запутать следствие по делу о запретных ритуалах? — не изменившись в лице, солгала Селеста. — Должна сказать, что я тоже крайне заинтересована в результатах расследования. Пострадали мои подданные.

— Обнаруженные нами восставшие молоды и не принадлежат к числу ваших подданных, мессена.

— Во-первых, кто именно сгорел под Ивянками, неизвестно, — указала Госпожа. — Во-вторых, у нас не было возможности переговорить с теми восставшими, которых слуги Сына Моря, да правит он нерушимо, нашли в Ринских горах. Как вы отнесетесь к тому, что я пошлю своего представителя, который убедится, что упомянутые младшие действительно не входят ни в одну из общин?

— Увы, мессена, — неожиданно смутился человек. Еле заметно, но всё же. — Состояние этих вампиров препятствует как разговору, так и банальному опознанию.

За века Селеста навидалась всякого и изрядно очерствела. Сама зверства творила, куда чаще, чем хотелось бы. Сказать, что от слов барона она пришла в ужас или просто внутри что-то дрогнуло, было бы преувеличением. Тем не менее…

— И это нас вы называете чудовищами?

— В жажде новых знаний маги иногда заходят слишком далеко, — пожал плечами Сэ.

— Знания здесь не при чем. Мечта о бессмертии затмевает глаза, заставляет идти на нарушение естественного миропорядка. Смертные не понимают, что далеко не каждый выдержит бремя вечной жизни.

Восставшие часто сходили с ума или превращались в одержимых кровью животных. Система воспитания, созданная психологами Тайной службы и Селестой, отчасти сняла проблему, но со временем возникла новая — нежить уставала от своего существования. Ей требовалось испытывать яркие эмоции, чтобы банально оставаться активной. Вампирам, изначально перерожденным чьими-то птенцами, приходилось легче, они сразу привыкали мыслить категориями вечности.

— Вы совершенно правы, мессена. Сколь приятно, когда возвышенные помыслы моего повелителя совпадают со словами его многомудрой союзницы!

Госпожа внутренне позабавилась. Лейтенант прекрасно говорил на высочайшем наречии, но он не принадлежал к древнейшим родам и потому не разбирался в некоторых нюансах. «Возвышенными» называли истинных жрецов, слуг Бездны и Благого мира, переживших прикосновение покровителей. Сын Моря к ним совершенно точно не относился.

Кроме того — с каких пор они в союзе?

Спорили, торговались, обсуждали общие интересы они ещё долго. Скажи ей кто год назад, что у вампиров появятся совместные дела с высшей властью страны, и Селеста рассмеялась бы от нелепости предположения. Сейчас, когда лейтенант уходил под утро, они не решили и половины вопросов. Правда, пищи для размышлений разговор предоставил более, чем достаточно. Например, Сэ обмолвился, что Лаш не намерен покидать столицу и записан на аудиенцию к Сыну Моря, желая обсудить участившиеся набеги степняков.