Дело в том, что их такое большое количество, что сложно точно сказать, что конкретно сейчас было активировано.
Украшения зачастую отличались. Те же скипетры и булавы, однако короны стилизовались под определённый дизайн, равно как и Императорское Платье (бывшее на самом деле мантией, но по традиции его называли именно так).
Я был в курсе, что может сделать «Держава», представлявшая собой изумрудный шар диаметром в 12 сантиметров в золотой многослойной оправе с магическими письменами и бриллиантами. Но остальные предметы для меня были загадкой.
Однако я не ожидал, что Император использует именно известное мне, ведь «Держава Царских» считаласьпоследним козырем монархов. Зато по мифам и легендам она в этом дворце являлась самым сильным оружием, которым мог воспользоваться слабый маг.
Зелёная поверхность драгоценного камня засветилась сначала белым светом, но вскоре он стал оранжевым.
Кроме того корона продолжала светиться алым, но, похоже, она была защитным предметом или же автоматическим регенератором.
Атака против меня началась именно из державы. Сначала произошла оранжевая вспышка, а затем из изумрудного шара повалил вихрь искр, который сформировался в фигуру бородатого мужчины в короне и царской шубе.
Пока он ничего не говорил, да и казалось, что не собирался что-то делать.
Вот только сразу после этого сам дворец словно ожил.
На потолке была лепнина в виде свисающих вниз головой миниатюрных воинов в кольчугах. Именно они сейчас начали падать на пол, превращаясь в полёте в двухметровых человекоподобных големов, вооружённых щитом и палицей.
— Плохой выбор, места для свитков управления ограничены, — буркнул я, разбивая сначала голову цели, а потом серией ударов и корпус. Углубление оказалось в животе, там в пустоте из глины был бумажный свёрток, уничтожение которого делало куклу бесполезной.
Оранжевый фантом задумчиво посмотрел на меня. На Императора он не оглядывался.
Последовала активация следующего предмета. В этот раз в ход пошли чёрные доспехи, стоявшие вдоль стен.
— Слабость во внутреннем магическом узоре на шлеме, таком же на панцире и на рукоятке меча, — громко заявил я, просто прогревая огненным шаром озвученные точки. Но для этого требовалось поймать и сломать каждую фигуру «живых доспехов».
Тем временем противник готовил следующий ход, а я ждал «десерта».
Против меня выступала тень разума одного из Императоров. Точно не знаю которого из них, этого ни в одной из книг не упоминалось.
Но были художественные описания свидетелей некоторых покушений и попыток дворцовых переворотов, а потому ходы духа из артефакта-державы были мне знакомы и понятны. Однако слабые места мне были известны из специальной литературы, ведь эти предметы были редкостью раньше, но сейчас уже считались устаревшими.