К моему удивлению, вскоре оно начало кипеть, а затем превращаться в газ.
Сквозь прорези маски я видел безумие в глазах Грачёва. В ауре не было ни намёка хоть на какой-то контроль, но всё равно её рисунок был достаточно странным. Да и Леон обычными способами просто не мог выйти на такой уровень. Слишком быстрый прогресс.
Зелье? Эликсир?
Это я решил узнать потом, так что я попробовал вырубить его «зарядом», телепортировавшись к нему за спину.
— Молнии? Пфф, неудачник! — выдохнул Леон и атаковал меня крыльями, которые превратились в шипы, которые выстрелили в меня.
Следом за ними последовали волна и облако из золота.
Ну, все его атаки были бесполезны, но тянуть время в текущей ситуации было угрозой проигрыша во всём мятеже.
Одежда Леона не была артефактом и не защищала его, так что я просто начал морозить округу.
Он попробовал мне противодействовать, и в итоге он потерял контроль, погибнув от жара собственного волшебства, когда его мана не смогла поддерживать атаку и стабильный барьер амулета.
Неофициальный сын моего брата-британца был магом земли пути металла, а не кудесником огня, а потому иммунитета к высокой температуре он не имел.
— Кто победил? Наш, не наш? — раздалось тем временем от стены, где пережидали операторы.
— Кажись, не наш.
— *Цензура!* Рвём когти! — крикнул кто-то другой.
Они попробовали активировать обратный перенос, но я уже успел применить недавно позаимствованный навык и использовал вспышку ауры для увеличения зоны его воздействия:
—Постоянство ауры !
— Не работает?
— Эй, ты, в белом, переговоры?
— Бежим, всех не повяжет!
Я не собирался их ловить, я применил заряд, после чего покинул помещение.
Я начал отправлять голосовое Императору, чтобы сюда отправили людей, но неожиданно в моей ауре произошло событие: печать контракта треснула, а только потом исчезла.
— Это не отзыв, это смерть Татал?Горение Кошмара ! — произнёс я и рванул домой.
Глава 42
Я стоял около огромной белой туши паука, рядом с которым виднелись тысячи останков коров и баранов с бирками.
Явно не призыв, но паук помер то ли от счастья, то ли от переедания, то ли ещё по какой-то причине, например, старости.
На всякий случай я проверил память разумного фантома.
«Жестоким убийцей» оказалась Аркадия, которая обращалась с чудовищем, словно с любимой собачкой или кошкой, а не огромной сторожевой восьмилапой тварью.
Однако стоило мне подойти к усадьбе, чтобы уточнить зачем столько животных, если по договору бык в недельку был достаточен, как пусть пасмурный, но день, превратился в непроглядную ночь.
Я сбросил одежду, затаил дыхание и рванул с территории усадьбы в сторону одного из холмов, под которым расположил тело Вильяма и множество барьеров.