Я остановил транспорт. Правила вождения я читал, так следовало сделать, если палкой махали в мою сторону.
Я задумывался, надо ли мне победить эту парочку, что-то забывшую в тридцатиградусный мороз на моём пути, это позволило бы применить «Глас Сильного».
— Мужик, выруби свой бампер, после тебя сугробы на дороге остаются! — проворчал первый.
— Гражданин, почему транспорт без номеров? Предъявите документы! — хмуро заявил второй.
Не маги, но машина у них казённая, руны на ней активны. Да и на обоих служивых есть защита, как минимум, от пуль.
Я вылез из кабины и вытащил документы, которые у меня были с собой.
— Что это? — не понял старший лейтенант, которому я протянул стопку. Тот взял мой студенческий и библиотечный билет, а паспорт отдал капитану.
— Кровь монстра, — ответил я, — это же очевидно.
— Почему золотая?
— Такой монстр.
— А-а-а, — протянул инспектор ИДИ (Императорской Дорожной Инспекции), оценивающе глядя на меня, мои артефакты, белый халат и брюки из гардероба Штаца. В −24 градуса.
Капитан с моим паспортом отошёл к машине и как-то уж больно резво вернулся, протянул паспорт и отсалютовал:
— Хорошей дороги, оповестите жену, что Вы в порядке, Государь!
— Какую? В смысле? — не понял я, так как отвлёкся, подбирая дозу заряда для того, чтобы их вырубить.
— Вы в имперском розыске, якобы пропали. Не знаю, кто Ваша супруга, но подала в розыск именно она, там так и указано, — ответил офицер.
— А-а-а, понятно, — пробормотал я. Тратить время на «победу» после этих слов не хотелось, хотя и так было понятно, что идишники на магистрали стояли не просто так. Но зачем он меня оповестил о розыске? Испугался, что нападу?
Так, ладно, но кто подал в розыск-то?
Аркадия? Нет, точно не она. Публичность она не любит.
Аня Некрасова тоже вряд ли.
Так что истерика явно за авторством Варвары.
Но всё же я решил позвонить по таксофону, когда добрался до небольшого города.
— Слушаю, — раздалось из динамика.
— Это я. Со мной всё в порядке, зачем Варвара внесла меня в Имперский Розыск? — спросил я.
— А кто её знает? Я сказала, что ты вряд ли умрёшь, так что вернёшься, пусть и не сразу. Мелкая брюнетка заявила, что он нас бросил. Потом пошутила, что если бы одна из нас была беременной, то точно сбежал в холостяцкую жизнь. Так сказать «ушёл бы за хлебом», — сообщила Аркадия.
— Смысл не особо понимаю, но ладно, — пробормотал я, собираясь класть трубку.
— А потом, когда я сказала, что беременна, сначала они казались шокированными, но потом наглая мелочь начала задирать мою племянницу. Может, та потом отправилась звонить своему брату… Мы были в аэропорту, а сейчас на сборах. Приезжай к нам, всё расскажешь! Я понимаю, что это не телефонный разговор.