— Я приехал, чтобы засвидетельствовать своё почтение и пригласить вас на первую небольшую вечеринку в этом году. Всё очень скромно, только соседи… — Он говорил, глядя при этом исключительно на Фыру.

— И где состоится вечеринка? — спросил я, подталкивая его к столу.

— В городской ратуше, впрочем, как обычно, — Петухов резко повернулся ко мне. — Простите меня, ваше сиятельство, но я, кажется, не голоден. Мне ещё нужно готовиться к вечеру, поэтому я вынужден откланяться.

— Ну что вы, я настаиваю, — но сдвинуть его с места не представлялось возможным. — В конце концов, вы не дама, вам только одеколоном побрызгаться и рубашку сменить, чтобы собраться. Сами же сказали, это не императорский бал, а простая вечеринка, почти домашняя, с минимумом гостей.

— Ваше сиятельство, — он внезапно нагнулся ко мне и зашептал. — А почему ваша рысь синяя?

Я выглянул из-за него и выругался про себя, потому что эта паразитка решила поддержать забавную шутку и находилась в неполной боевой трансформации.

— Вы же знаете уже, что я художник. — Прошипел я, глядя на гадов, сидевших с чопорными минами. — Вот так получилось с моей рысью. Мне просто очень нравится синий цвет.

— Так я пойду готовиться, ваше сиятельство? — снова прошептал Петухов.

— Идите, — я только рукой махнул. — Игнат, проводи.

— Слушаюсь, ваше сиятельство. — Игнат вскочил из-за стола, за котором сидел на правах моего помощника, и направился к двери, обогнав господина Петухова.

Когда дверь за ними закрылась, я повернулся к столу и оглядел всех присутствующих, включая принявшую свой нормальный вид Фыру, суровым взглядом.

— Ну, и кому пришла в голову столь гениальная идея? — спросил я, направляясь к своему месту.

— Женя, ну что же ты всё ещё стоишь, — засуетилась Маша. — Здесь просто чудесный повар и кухарка. А с тех пор как они вчера получили жалование, решили нас всех баловать не прекращая. Садись, всё очень вкусно.

Мамбов сидел, спрятав лицо в ладонях, и по вздрагивающим плечам я понял, что он ржёт, как жеребец. Хотя мне всегда казалось, что он на такие эмоции не способен.

— Олег, тебе плохо? — ласково спросил я.

— Нет, мне волшебно, — пробубнил он, не убирая рук от лица. — Ты садись, поешь. А то нам ещё на вечер собираться.

— Ладно, хорошо, — я сел и повернулся Маше. Судя по чавканью слева, Фыра уже приступила к своему обеду. — Машенька, надеюсь, у тебя есть с собой синий наряд и сапфиры, — проворковал я.

— А зачем? — осторожно спросила она.

— Потому что я обожаю синий цвет. Неужели ты не порадуешь мужа, одев его любимые цвета? — посмотрев на её задумчивое личико, я удовлетворённо кивнул и взял в руки вилку с ножом. Нужно было действительно подкрепиться. Потому что на таких вот вечерах можно узнать много чего. Это даже хорошо, что они придумали такой вот полубал. Может быть, мы здесь надолго не задержимся.