— Ты как? — спросил он, останавливаясь.

— Иду в душ и отдыхать. Присоединишься? Можно вместе поужинать.

— Почему бы и нет, — улыбнулся он.

Со стороны гостьи отчетливо полыхнуло едва заметным недовольством. Марта получила ещё одно подтверждение, что она не так проста. Девушка подумала, что Эрнеста связывает с ней и ограничивается ли это отношениями учитель-ученик.

Молчание длилось, пока они шли в комнату и ждали еду. Эрнест сидел молча, разглядывал Марту, от чего той было слегка не по себе. Никаких мыслей, вспышек эмоций — ничего. Парня с каждым разом становилось всё сложнее читать.

— Спрашивай. От тебя так и фонит желанием спросить, — сказал он.

Для мастера психика услышать, что она фонит желанием — это был полный провал. Но Марта это делала специально, желая проверить, насколько хорошо Эрнест считывает скрытые эмоции.

— Сколько лет ты провел в моделирование?

— Десятки лет. — легко ответил парень.

— Так в этом весь твой секрет? В скоростном обучение?

— Пожалуй, да. Как твои успехи?

— В чем?

— Во всем, — улыбнулся он, — Кант тебя отметил.

Марта никак не могла распознать, с какой интонацией это было сказано. Отметил — как кого? Как женщину? Или как ученицу?

— Вроде неплохо.

— Никогда бы не подумал, что ты встанешь на путь воина.

— Я тоже не думала, что жизнь заведет меня… сюда.

— Кстати… Всё забываю спросить. Что с пленницей? Той старухой.

— Добила, — пожала плечами Марта, — Если честно, то от неё немного осталось. То, что ты с ней сделал — жутковато.

— Мне тогда было не до церемоний.

Марта внимательно отслеживала все реакции парня. Внешне он не изменился. Та же поза, то же выражение лица, но вот глаза… Они отчетливо потемнели. Словно там буря собралась.

— Я не обвиняю. Добить её доставило мне моральное удовлетворение.

На самом деле Марта хохотала, как безумная, забивая ту тварь ногами, но это пусть лучше останется секретом.

— А что с пленниками? Которых вытащили из ада.

— Я думала, ты в курсе.

— К своему стыду, нет. Если честно, то моделирование накладывает свой отпечаток. Пока для остальных проходят дни, для меня проходят года.

— С ними… Из наших выкарабкался только один. Я смога поправить ему мозги, но… Может ты слышал о нём. Парня теперь называют Хел. Кто-то пытался назвать его Хелбоем, но тот шутку не оценил.

— Он ходит на занятия к Канту?

— Да. Один из лучших учеников. Занимается с полной самоотдачей. Но не знаю, выдержит ли он. Его психика немного сдвинулась… Он замкнулся, мало с кем общается, на всё смотрит иначе. Им движет лишь жажда мщения. Может, если обратишь на него внимание, то сможешь повлиять.