Дальше девушки тренировались, экспериментировали, снова тренировались, пока результаты воздействия не стали очевидными. К обеду, вокруг двух красавиц крутилось довольно много мужского народа, готового к любой прихоти, чем девчонки и пользовались без зазрения совести, оттачивая мастерство.

— А давай, прогуляемся до отряда парней, в сопровождении этих лояльных солдат? — неожиданно предложила Ольга, — хочется убедиться, что с ними все в порядке.

— Хорошая мысль. Скажем, что нам скучно сидеть и ножки затекли, — поддержала Маша идею напарницы. Они улыбнулись друг другу, готовые к новой авантюре, ведь пленницам гулять свободно по лагерю строго запрещалось…

Влад с Игорем сейчас отдыхали возле палатки, только что пообедав походной кашей. Всю утро их нещадно гоняли, вместе с остальными бойцами на тренировке, заставляя отрабатывать стандартные связки штыковой атаки против врага. Большинство солдат завалилось обессиленными спать, но парням нужно было придумать хороший план для диверсии, чтобы беспрепятственно помочь бежать девушкам к своим.

Только поговорить не удалось, впереди показалась толпа солдат, которые явно кого-то сопровождали, широко при этом улыбаясь. В центре этой бесконтрольной процессии находились две девушки, гордо вышагивающие и подбадривающие своих поклонников. У парней округлились глаза от удивления. Ведь проверить, как дела у целительниц было не просто. Праздно шататься по всему лагерю было весьма подозрительно, а уж приблизиться к серьезным магам, охраняющим пленниц было вообще чревато. Девушки, громко смеясь, прошли мимо, бросая лишь косой взгляд на них, стараясь не вызвать подозрений.

— А может присоединимся к этой неразумной свите, которая тут все закапала слюнями? — неожиданно предложил Игорь, — вдруг девушки нам хотят что-то важное сообщить?

— Давай прикинемся влюбленными дебилами, — рассмеялся Влад, — хотя можем и не прикидываться, — он подмигнул напарнику, догадываясь о его симпатии к подруге.

Оттеснив самых ретивых служак, парни практически облепили с обеих сторон двух веселых целительниц. Если Орлова шпрехала на французском, словно была рождена в Париже, то Машка говорила мало, да и то с акцентом, потому что школьное образование в Советском Союзе нельзя назвать серьезным изучением языка. У Влада отвисла челюсть, он точно знал, что недалекая девчонка, с которой они вместе выросли, вообще никогда не интересовалась ни образованием, ни тем более языками, и это вводило его в ступор. К сожалению, спросить об этом сейчас он не мог, хотя с каждым днем девушка не переставала все больше удивлять.