— Нет. Никакого обеда, — протестует, снимает с себя пальто, а потом разувается. — Сначала с Мишей поговори, а обед подождёт.

Взяв меня за руку, тянет в гостиную. Мы садимся на диван. Рамиль набирает номер и протягивает мобильник мне. «Наташа».

Нахмурившись, бросаю взгляд на бывшего. Он лишь пожимает плечами.

— Алло, — доносится женский голос, а следом лицо девушки на экране появляется.

Я не ошиблась. Это та самая Наташа, которая за братом ухаживала в больнице. Но палата совсем другая.

— Привет, — глухо отзываюсь я.

Улыбнувшись, девушка поворачивает телефон в сторону, и я вижу брата. Он смотрит прямо на меня… Нет, он не просто смотрит! Уголки его губ поднимаются вверх, изображая ухмылку, а ещё Миша рукой слегка машет.

Невероятно! Это невозможно!

— Где он? — вырывается из горла.

Я смотрю на Рамиля, и мне хочется то ли врезать ему за то, что так хитро ухмыляется, то ли, наоборот, обнять и расцеловать.

— В больнице.

Я не тупая и прекрасно вижу, что он в больнице! Рамиль специально же так делает, да?

— Рамиль?!

— В Штатах, — отвечает, приближаясь вплотную. Обнимает меня за плечи и смотрит на экран. — Мих, ты там хотя бы слово скажи, а то Лерка немного в шоке. Ты же не хочешь, чтобы она в обморок упала?

Распахиваю глаза и возвращаю свое внимание к брату. Господи, это сон или же реальность?

— При…вет, — выговаривает Миша и сглатывает.

Наташа же смотрит на него с открытым ртом.

Одной рукой Рамиль сжимает мою ладонь, а второй — плечо. Так хорошо мне никогда не было. Пусть не могу выдавить из себя ни слова, но всё же я безумно счастлива, что Миша смотрит на меня, а главное — узнает.

На мои глаза наворачиваются слезы. Вот-вот они начнут ручьем течь по щекам.

Закусываю нижнюю губу, чтобы не подавать виду, иначе брат расстроится. Я его прекрасно знаю: он всегда по одному взгляду понимал, что у меня творится внутри. А сейчас там буря. Всё перемешалось: чувства, эмоции, мысли. Я боюсь, что он поймет.

— Миш, ты меня слышишь? — говорю дрогнувшим голосом.

По телу пробегает волна мурашек. Губы дрожат, подбородок тоже.

Я прижимаюсь сильнее к бывшему. То ли из-за того, чтобы брат ничего не почувствовал, то ли из-за благодарности к Рамилю. А может… Может, дело вовсе не в этом. Может, я сама этого хочу?

— Лера, — зовёт меня Наташа. Я перевожу взгляд на нее, а потом возвращаю обратно на Мишу. Нет, вся эта картина реально смахивает на сон. Ведь это невозможно! Врач говорил… Боже… Он же говорил, что почти нет никакого шанса… — Тут всё строго. Я не имею права звонить родственникам пациентов и устанавливать между ними связь. Это запрещено. Надеюсь, Рамиль Александрович, вы меня поймёте. Ведь доктор и вас предупреждал насчёт этого.