— Как решать будем? Надо мной стоит Ладислав, он встал на путь войны, венгерские воины уже на подходе. Так что… Тебе просто ни к чему ехать через Венгрию, — говорил Лазарь. — Уйди прочь!

Мне показалось, что он, будто в заложниках, и своим тоном намекал на это. Или неприятно было угрожать тому, с кем сидел за одним столом и клялся в дружбе?

— Лазарь, я не отверну, — сказал я решительным тоном.

— Здесь мои воины, но рядом есть войско Рашки. Они с тобой разговаривать точно не будут. На собрании сербских предводителей было установлено, что ты враг сербского народа. Потому я тебе говорю, уходи! Или ты умрешь прямо здесь, — сказал Лазарь, обернувшись в сторону одного из своего сопровождения.

Иные сербы, которые также прибыли на переговоры, посмотрели на Лазаря с недоумением.

— А я, как представитель правителя Ладислава, не позволяю уйти воеводе, обманувшего сербский народ, в самое важное время для нас уведя наших воинов, — сказал один из них.

Ситуация оказывалась патовой. Я не мог развернуться, убежать, не уронив свою честь и достоинство. Ну и меня, видимо, пропускать никто не собирается. Следовательно, только драка.

— Может, всё же мы договоримся? Я не хотел бы проливать сербской крови, — сделал я очередную попытку договориться.

— А ты уже кровь сербов пролил, когда отправил наших братьев и сыновей в Крестовый поход во имя империи! — сказал сопровождающий Лазаря человек, развернулся и поскакал к войнам, что разворачивались по фронту вдоль дороги.

У меня уже были в этом времени и в этой реальности такие моменты, когда нужно было выбирать. Не всегда получается делать то, что хочется, но я вынужден. Но не буду же я, подобно Иисусу, идти на заклание к тем, кто собирается меня убивать?

— Я не хочу становиться врагом Сербии! — выкрикнул я, но не был услышан.

— Мы будем прорываться? — спросил Стоян.

— Да, — отвечал я.

Я был уверен, что мы прорвемся. Но в таком случае возникал вопрос: а что же делать дальше? Ведь уже становится понятным, что миссию, которую поручил мне Император, выполнить будет крайне сложно. Если здесь и сейчас прольётся кровь, то назад уже никак не отыграть. Хотя, в политике все так намешано, существует столько много нюансов, что шансы выйти из сложной ситуации есть почти всегда.

Вернувшись к своим пяти сотням ангелов, я уже не сомневался, что именно нужно сделать. Нас брали в кольцо, не оставляя шансов на мирное решение вопроса.

— Вперёд! — скомандовал я и направил своего коня в сторону выстроившиеся сербской пехоты.

Сербские пехотинцы стояли в четыре ряда и выдвинули в нашу сторону копья. Возможно, какие-либо другие конные не решились бы атаковать такое построение пехоты в лоб. Однако, мои ангелы пробивать подобное построение были выучены. Я прекрасно понимал, что та тактика выстраивания фаланги, которую я применяю в своём войске, может быть использована также и противниками. Вот мы и видим что-то похожее нашей терции, но, на мой взгляд, слишком неорганизованное и выглядящее хлипко построение. А еще сербская пехота была крайне худо экипирована.