Получается, что «наше говоренье» самым паразитическим способом проникло в словенское и народ просто перешёл на новый слэнг. Даже обороты и всякие «попадосы» с «карагандами» вошли в речь людей, вытеснив за десять лет старую вязь и привычку «зекать». Если уж варяги с нурманами на это подсели, то неизвестно радоваться или печалиться по поводу случившегося. Действительно, забредающие к нам по делам приильменцы говорят «по-старинному», чем явно выделяются, когда открывают рот. А дети, которые вроде вчера были малышами, сегодня уже подростки, а завтра…
Вот так, за разными новостями прожили зиму и добрались до весны. Как только Волхов угомонился — сразу начались активные действия. Первыми были отправлены строители, сопровождаемые на всякий случай «зондеркомандами», для создания «серых зон перестройки» в Северном Приильменье.
— По плану громунистического строительства на самых крупных реках, впадающих в озеро, будут строиться гродища с крепостями, казармами и прочими лесопилками с мельницами, — надо же и мой личный жаргон тоже пролез в бюрократическую речь ответственных лиц, — работников более, чем достаточно. Внутри мы всё везде довели до ума, вот строители и высвободились.
— Ну и слава Сульдэ, а то забодала эта вековечная стройка вдоль всего Волхова. Сколько можно ваять и бубосить, пора и просто пожить по-человечески, пользуясь достигнутым.
Мы и сами не замечаем того, как начинаем поминать Сульдэ чаще чем «бога». Как бы это боком не вышло. Впрочем, чисто по-сульдистски многие стали фаталистами и живут по-принципам, обеспечивающим выживание.
— Чему быть — того не миновать…
— Не молись и не попрошайничай, а сделай сам…
— Обращайся за помощью к людям, а не к стене с иконами…
— Рассчитывай на себя, а не на космический разум…
Вроде просто, но так хочется, чтобы некто спас, защитил и даже подкинул мерседес с Бали и халявным миллионом. И чтобы совсем не работать, а молитвами себя обеспечить выше крыши. Ведь в этом должна быть Высшая Справедливость по мнению людей будущего.
Проводы бойрова войска во главе с Водимом состоялись, как торжество эпохального толка. Всё-таки славные дружники отправляются спасать от кочевников (злыдней по определению) мирных-премирных полян. А если судьбе будет угодно, то и древлян, а так же тех, кто поближе под руку попадётся. Наверняка о подвигах Водима Хороброго сложат былины и донесут их через тысячу лет кому нужно. Эдакий «Новый Рюрик» с воинством поболе и покруче, чем было у оригинального. Полководца тайком предупредили, чтобы он не вздумал грабить Луку, пояснив, что «это наше гродище». Впрочем бойр даже не думал оспаривать сей тезис, понимая, что раз воины Сульда уже наложили на те земли свою лапу (даже не дотянувшись пока), то лучше рот не разевать на чужой каравай. Не посмотрят ни на родство, ни на бывшее соседство, а на одну ладошку положат и другой прихлопнут. Да и смысла нет, дабы объять необъятное, коли выделили очень богатый и солидный надел. От добра добра не ищут и Водим это прекрасно осознаёт.