Бабасов щелкнул пальцами и с его руки вылетела молния, которая ударила точно в рукоятки торчащих из песка ножей. Это спровоцировало какую-то реакцию внутри них, и мощная молния, сопровождаемая звуком раската, ударила огневика в спину.

Удар был такой силы, что Пирсов плашмя упал в песок, раскинув руки во все стороны. Меч, тем временем, описал дугу и упал чуть поодаль. Но все последующие предпринятые попытки встать были бесполезны. Бабасов начал сближаться, каждую секунду выпуская по две молнии, дабы противник так и лежал.

— Доктор, у нас остановка сердца! — с улыбкой на лице, говорил Бабасов. — Надо реанимировать его! Разряд!

Молния, сорвавшаяся с рук, заставила мышцы Пирсова сжаться. Он только и делал, что дергался. Доспех спасал его, но не мог поглотить весь урон.

— Разряд! О, Великая Электрожаба, мы его теряем!

«Доктор? Электрожаба? Он что, ещё и издевается? — Тамара посмотрела на барахтающегося от боли и тока Пирсова. — Да! Издевается!»

* * *

— А не, вроде не теряем, — зевая, сказал я после одиннадцатой молнии в загривок доспеха. — Пациент будет жить!

Пирсов дергался как ужаленный. Остаточное напряжение, которое даже в землю уходить не успевало, подогревалось новым зарядом. Чувствуя себя в некотором роде врачом, я продолжил шоковую терапию, пока у противника не пошел легкий дымок из-под защиты.

Упс. Перестарался. Загар ему точно будет не к лицу.

Я опустил руку, оглянулся, помахал ручкой Егору в некоторой издевательской манере и подошел к клинку. Взял в руки и приценился. Рукоять была с артефактом. Рубин, который был впаян в ручку, был хранилищем маны. Полезный камушек, да еще и высшего класса.

Род Пирсова точно не бедствует, раз могут дать такому глупому отморозку такую дорогую игрушку. Только вот, забрать ее как трофей я не мог. Для всех я был простолюдином.

Покрутил клинок в руке, да с силой вонзил его в песок в десяти сантиметрах от головы огневика. Тот аж дернулся от неожиданности. Ну, или из-за страха.

Лезвие меча треснуло от силы, с которой я его вонзил, а затем… я чуть-чуть побаловался. Нарушил силу рубина, посылая в рукоять крупицу магического тока. Поэтому, если меч будет восстановлен, артефакт в рукояти — подведет своего владельца. Ну а так как Пирсов был гондоном во всех смыслах, то угрызения совести от мелкой пакости я не испытывал.

Собаке — собачья смерть.

— Ну чего? — я сел на корточки и направил палец на лицо Пирсова, которое тот поднял, отплёвываясь от песка. — Еще поиграем в больницу или сразу пойдем в морг?

На кончике моего пальца появились маленькие разряды, которые щелкали Пирсова по шлему, слегка жаля.