— Оливер, ты уверен? — нахмурился Давид.
— Да, пришло время.
— Что ж, пусть будет так. Может и правда пора. Слишком долго мы тянули с этим, — прикрыв глаза и тяжело выдохнув, кивнул толстяк.
Гомер же лишь одобрительно кивнул.
— Эм, о чём вы? — спросил я, с подозрением смотря на эту троицу.
— Скоро мы всё расскажем. Отдохни. Переведи дух. И через… два часа будем ждать тебя в переговорной.
После этих слов троица практически одновременно телепортировалась, прихватив с собой лекарей и их пациента. Мне же только и оставалось, что пожать плечами, да телепортироваться следом. После этой битвы мне и вправду стоит перевести дух. Да и слушать о чём-то важном лучше на трезвую голову. Так что сперва снова в ванную. Уж что-что, а покрыться грязью я вновь успел. Ещё бы, при сражении с таким-то противником. Благо хоть особых ран не было. Разве что только синяки появятся. Да и то быстро исчезнут при моей-то регенерации. В общем, можно считать, что легко отделался. В прошлый раз было намного сложнее. Так что вперёд, на отдых. Ну а после уже буду разбираться со всем остальным.
Глава 28
Ровно к назначенному времени я вошёл в комнату переговоров. М-да, обстановочка тут была мрачноватая. Лица Бессмертных были нахмурены, они явно о чём-то размышляли. Впрочем, едва увидев меня, почти одновременно на их лицах проступила странная решимость.
— Итак, о чём вы хотели мне рассказать? — уселся я на своё место во главе стола.
— Это будет сложный рассказ. Но, думаю, стоит начать с очевидного, — тяжело вздохнув, всё же начал Венчи. — Скажи, сколько стульев ты видишь за этим столом?
— Пять.
— А сколько человек сейчас сидит за ним?
— Четыре. Оливер, не тяни. И не считай меня совсем уж дураком. Я уже понял, что это всё как-то связано с отсутствующим за этим столом человеком. Но разве он не погиб?
— Извини. Просто старался как можно сильнее оттянуть этот момент. И нет, он не погиб. В своё время твой отец назначил четырёх хранителей этих гор. Я отвечал за восток. Гомер за север. Давид за юг. И наконец, четвёртый, отвечающих за запад… его зовут Гектор, — выдохнув, Венчи ненадолго прикрыл глаза, но потом всё же продолжил. — По силе мы были примерно равны. Но вот по уровню преданности… Если мы просто считали Бронта своим господином, то вот Гектор в прямом смысле его боготворил. И после смерти Бронта тот впал в отчаяние, которое вскоре сменилось на ярость. И, скорее всего, он стал той причиной, почему Люциус смог вмешаться в мир людей напрямую и установить тот самый барьер, ограждающий наши земли от внешнего мира.