— Говори, что нужно.
— Это ты мне расскажи, что вчера произошло, когда я уехал? Что с Подмышкиным?
Он проследил за Виктором?
— Проследил.
— И? — не выдержал я.
— Ну, можем сгонять туда, пока Валентин из запоя не выйдет. Виктор остановился в отеле на краю города и, похоже, обдолбался чем-то.
— Так чего мы ждём? Поехали.
— Сейчас, только душ приму.
Ника помогла мне подняться, а сама направилась в сторону душевой.
— Давай. Кстати, а что с Валентином? — бросил я ей вслед.
— Не твоё дело, — буркнула она, виляя бёдрами.
А попец у неё ничего, спортивный такой, выпуклый… Блин, да что за спермотоксикоз у меня?
Я проверил свои характеристики и был приятно удивлён.
Уровень заражения крови 59 %
Уровень интоксикации организма 17 %
Секс и выпивка действительно помогают. Даже похмелье от передозировки крови прошло. А мне начинает нравиться вампирская жизнь.
Глава 23 Витя
— Почему мы на мотыках не ездим? — спросил я, когда Ника села в свою бэху.
— А ты хоть умеешь?
— Конечно. И починить могу. Но я только советские разбирал, Урал как свои пять пальцев знаю.
— У тебя их десять, вообще-то.
— Выражение такое… С тобой иногда так трудно разговаривать.
— А кто говорил, что должно быть легко?
Ника проигнорировала моё желание отправиться в дорогу на байках и завела двигатель.
Я позвал к нам Подмышкина, который летал вокруг гаража, когда мы выезжали. Он осторожно подлетел к моему окну и посмотрел с опаской.
— Не бойся, в сумку пихать тебя больше не буду. Думаю, Ника не против ещё одного пассажира? — спросил я.
— Да я ему больше чем тебе рада, — едва заметно улыбнулась она.
— Ага, значит, ты мне рада?
— Иди ты, — улыбка стала шире.
Ника врубила погромче музыку, чтоб последнее слово осталось за ней, и мы поехали на окраину Светлограда, чтоб найти Виктора и вытрясти из него всё, что не смогли.
Всю дорогу я пытался выяснить у мышонка, что он вчера видел, но такого хорошего контакта у нас с ним ещё не образовалось. Я смог добиться только нескольких мыслекартинок, которые я уже видел.
— Так что там за история с Валентином? — снова попытался разузнать я.
— Я же тебе уже сказала. Я в чужом белье не роюсь. Хочешь узнать — спрашивай у него.
— Да как я его спрошу, он закрылся у себя и бухает сидит.
— Значит, он хочет побыть один. Что здесь такого?
— Ничего… Но мне же интересно, что там стряслось.
— Скажем так — вспомнились старые травмы.
— Да это и так понятно. Что этот Эдик сделал ему? Бабу увёл?
Ника не ответила. Так что я, скорее всего, угадал.
Мы ещё некоторое время ехали молча. Я рассматривал ночной город, который порядком опустел из-за последних событий. Тут и раньше народу немного было, а сейчас по ночам почти все дома сидят. Только алкаши шляются, которым либо терять нечего, либо храбрости до фига. Некоторые себя и вовсе ополчением возомнили и ходят с фонариками и ружьями, ищут маньяков или диких животных.