— А куда мы едем? — Спросила счастливая невеста, пребывающая в перманентной эйфории после непрекращающегося накала эмоций.

— Вперед! На запад!

— Хорошо! На Запад… Звучит романтично! — Томно промурлыкала моя ненаглядная, прижавшись к моему плечу. — Надеюсь там есть широкая кровать, хи-хи!

Я с трудом удержался от желания остановиться и полюбить любимую, воспользовавшись правом официального мужа, но все же взял себя в руки чтобы не смазать впечатление у себя и жены, которая должна запомнить этот день на всю жизнь. Поэтому мы остановились по моему плану, составленному вчерне уже давно, у входа в гостиницу в городке Уэйко и заселились в шикарный номер для новобрачных.

— Уф! Наконец то можно дышать свободно! — Мери расстегнула лиф и принялась стягивать свадебное платье.

— Бо-об! Ты не поможешь? — Плечи платья застряли на бедрах, и милая извивалась как гусеничка, избавляясь от своего кокона.

— Ты рискуешь! — Сказал я, прижимаясь лицом у зовущим бедрам и стягивая подарочную упаковку с волнующего тела в тонкой шелковой комбинации.

— Чем⁈ Кровать то — вот она! — Коварно улыбнулась женушка. Тут у меня окончательно снесло «крышу» и я рыча схватил взвизгнувшую провокаторшу поперек талии и опрокинул на кровать, заглушая смех поцелуями и путаясь в своей и ее одежде, которую скидывал не заботясь о пуговицах. Страсть поглотила меня всего, и я как пацан восторгался каждым сантиметром открывшейся кожи. Наконец освободил нас от одежды и со стоном приник к жарким губам, плюща под собой податливое тело. Я остатком разума заглушил желание немедленно войти в такую доступную щелочку, которую подавала навстречу разгоряченная женушка, раскинув свои длинные ножки, и отстранившись принялся целовать напряженные грудки и далее везде, сопровождая губы руками, старясь запомнить навечно самое совершенное создание природы. Моя милая недолго смогла вытерпеть пытку лаской и, когда я принялся ласкать ее «сокровище», водя по симпатичной складочке пальцами и целуя симпатичную пуговку, мило кончила, радуя видом пульсирующего пирожка и капельками росы, выпавшими на ее цветке.

— Ой! Извини, не удержалась! — Она мило покрылась румянцем, засмущавшись моего восторженного взгляда, пожирающего процесс женского оргазма прямо перед моим лицом.

— Ничего! Ох, какая ты горячая и мокренькая! — Я придавил коленки и с наслаждение протиснулся в припухшие губки ее писечки. Полюбовался видом нежных валиков вокруг ствола моего бойца и налег на стоячие грудки, ловя стон моей ненаглядной, принявшей мой немаленький вес.

— Да, муж мой! Еще! Я люблю тебя!