— Поправил я его слегка, — вышел следом за ним из комнаты папаша Кац. — Речь получше со временем станет. А то вообще не понять, что говорит. Что касается головы и всего остального, то в Ядре я бессилен. Белая здесь не работает. Во всяком случае не так как нам надо.
— Мы уже в курсе, Петрович просветил, — кивнул я. — Зомби, так это ты воротник у Горбуна срезал?
— Фу на тебя! Не я. Она это, Фоня. Она фледом фла. Фидела фсё. Фогда уфидела что я фивой, на меня сфалила. Она аномалии фидит, фортал нет, аномалию фидит.
— Чего же ты молчал, чудак-человек? — удивился Петрович.
— Она сказала, что офтавит меня в покое, ефли молчать фуду. Фидорасина!
Глава 4 Высокое начальство
— Ну и крыса. А ведь она начала первая обвинять Зомби, — припомнил Петрович. — Соня привела его в стаб. Зомби был явно не в себе, все подумали, что он спятил. Его всего трясло, ничего толком рассказать он не смог. А хотя бы и сказал, то кому больше поверят Соне или Зомби? Его некоторые и за человека то не считают. Квазов у нас здесь не жалуют, самим жрать нечего.
— Кваз, по-твоему, не человек, что ли? — возмутилась Ирка. — Он больше на человека похож, чем та же Соня.
— Фоня фила меня сильно, ногами. Около Ядра ифбила меня. Я фофорить не мог, — объяснил Зомби. — Фсем сказала, что я фруппу фпециально в аномалию зафёл. Фука.
— Зомби, она сегодня получила по полной. Лесник ей голову проломил, — успокоила его Вера. — Вряд ли она теперь сможет так прыгать дальше. Жень, кто она, по-твоему?
— Дар у неё собственно такой же, как и тебя. Ловкость и скорость, но у вас разница в семнадцать лет, — пожал я плечами. — Ты только представь, что такое двадцать лет в Улье. Какой огромный опыт она имеет, с таким счастьем и на свободе.
— Но я же принимала белую жемчужину, значит должна быть как она? — удивилась Вера.
— Не совсем так, крошка, — вмешался папаша Кац. — Опыт! Ну и по скорости она всё же превосходит тебя. Развитие дара у вас максимальное у обеих, но она сама по себе быстрее. Так что в итоге получается разница и довольно большая. Ты заметила, что она уже не активирует его? Двадцать лет! Таких единицы по всему Улью, кто смог отметить здесь подобный юбилей. Соня настолько часто пользовалась им, что он стал одним целым с ней и не требует больше активации. Была у нас одна такая, Кобра! У них как у заражённых, они же не запускают механизм дара, он всегда наготове под рукой. Взять хотя бы того же Фельдшера. Дар и живое существо или условно живое. В результате получается вот такой симбиоз.
— Понятно, зайка. Я буду работать над собой, — Вера чмокнула знахаря в лысину.