— Ну как? — спросила с нетерпением девушка.

— Каком кверху. Что же ты так себя запустила? Всё от жирной жизни в ваших этих центрах. Когда последний раз выбиралась оттуда?

— Последний… — задумалась Лиана, — пожалуй год назад на трясучку.

— Вот! Дар твой первый замер ещё тогда. Если бы чаще вылазила на пленэр глядишь бы он у тебя развился. А так застрял где-то на половине. Я-то его стронул с места, но теперь жемчуг нужен, горохом не обойтись. Есть?

— Да. Красная, — ответила Лиана.

— Пей, давай, — девушка взяла предложенный стакан с живчиком и запила жемчуг.

— Что значит первый? Он у меня вообще-то один был, — до Лианы дошёл смысл сказанного знахарем.

— Да? Второй у тебя, девица прорезался. Поздравляю! Видать на пользу пошли покатушки твои. Весело было? — ехидно поинтересовался мужичок.

— Да, дедушка. Так весело, что ни в сказке сказать ни пером описать. Заебись, старый. Всё было просто заебись, — она показала ему большой палец вверх.

— На нервах девица ты вижу я! С тебя простава, красавица. По второму образованию ты теперь сенс.

— Гонишь?

— Век свободы не видать, — впервые улыбнулся знахарь.

— Как тебя звать то? А то всё знахарь или дед.

— Трофим. Твой жемчуг куда направим? На снайпера или сенса?

— На сенса. Вау! Крутой дар. И какой радиус?

— Сейчас маленький. Километр не больше, после красной полтора станет. Через три недели надо ещё одну. Тогда станет три километра. Максимальный восемь километров, и ты сможешь сразу фильтровать цели.

— А сейчас?

— Только отметки, кто из них, кто, не узнаешь. Даже человека от заражённого не отличишь. Только по траектории и повадкам.

— Здорово! Ну я пошла? Старший за всех расплатиться, аревуар Трофим, — она послала ему воздушный поцелуй и вышла. Следующим был Гном, под чутким руководством он принял красную даже раньше срока. Но раз знахарь разрешил, то было нестрашно. Дар следопыта у Гнома заметно окреп, что очень порадовало юношу. Последним на сегодня был я.

— Здрасьте.

— Забор покрасьте. Откуда такой весёлый? — поморщился Трофим.

— Прямиком с войны. Великой Отечественной, — уютно у него здесь. Хорошо хоть бассейна нет.

— Не 1812 года надеюсь? — попытался пошутить знахарь.

— Я же сказал с Великой.

— Ну-да, ну-да. И как там?

— Наши побеждают, — краткость сестра таланта.

— Это хорошо. Что беспокоит?

— Ничего пока. Обвыкаюсь, присматриваюсь.

— Да уж наслышаны. В Бетонке муров и предателей на ноль помножил, — Трофим загнул мизинец. — Кузьмича на броневик развёл и шесть красных. Заодно ещё двоих к праотцам отправил, два.

— Хрена у вас здесь протекает, — не сдержался я.