Я аж сморгнула. На миг показалось, что общаюсь с системой!

Но нет, это был всё ещё полковник, который глядел на меня вроде бы с улыбкой, но в то же время чересчур пытливо.

— Да, спасибо, — кивнула скупо, когда справилась с волнением. — Всё предельно понятно. Последний вопрос, хорошо?

— Спрашивайте.

— Если мне вдруг понравится чужой раб и хозяин откажется его продавать, — хмыкнула, вспомнив ту гадкую тетку. — Но мне очень-очень понравится чужой раб. И я… Скажем, заберу его силой. И не отдам. Что полагается за это?

— Штраф в казну империи и возврат раба, если бывший хозяин сумеет доказать факт незаконного… хм, изъятия, — красиво выразился тигр, сумев, как и я, избежать слово «воровство». — Если не сумеет, то будет обязан выплатить штраф сам за то, что отнял время чиновника, которому поручили его дело. Однако учитывайте тот нюанс, что каждый ошейник обычно настраивается индивидуально и если вместе с рабом в ваши руки не попадет управляющий кристалл, то вы вряд ли сможете его снять. А при несанкционированном отдалении раба на критичное расстояние, которое обычно составляет порядка пяти километров, как, впрочем, и при попытке снятия без управляющего кристалла, срабатывает секретка — иногда вплоть до мгновенной смерти раба. Хотя обычно это сильная боль или удушение, которое вынуждает раба вернуться к хозяину любой ценой.

Какая гостеприимная страна! И обычаи такие… милосердные!

А господин Рой-нэ продолжал:

— Однако, если вам вдруг приглянется раб, отмеченный личной печатью главы великой семьи, то тут вас ждет разочарование — подобную печать может поставить и снять только глава. Либо его преемник. Ни сильные маги, ни артефакты на это неспособны. И на этом в том числе зиждется безопасность и благополучие великих семей и всей нашей империи.

— То есть вы такую печать на раба поставить не сможете? — уточнила пытливо.

— Нет, — качнул головой тигр, даже не думая обижаться. — Только глава рода, в чьем ведении находится… кхм, источник силы инферно.

О-о… Речь о трансгене? Как интересно! А как это…

Спросить не успела. Кирилл привлек моё внимание ментальным возгласом в чате и я повернула голову на подозрительно громко ликующих посетителей, чтобы понять причину.

В центр зала вышел отец.

Одетый в одни мешковатые брюки, уже без ошейника и поигрывающий выдающимися мускулами явно напоказ. Я понятия не имела, чем именно стимулировал его хозяин, заставляющий развлекать публику, но отец именно развлекал. Красиво вскидывал руки и вставал в эффектные позы, делал пробные замахи и душил невидимого врага сразу четырьмя руками, подначивал зрителей выйти против него и занимался самолюбованием.