К несчастью для женщины, Ванштейн выжидал лучший момент для атаки, это было правильным решением в предстоящем сражении.

И вскоре этот момент настал — огр протяжно прогудел, поймав эйфорию блаженства, как внезапно в районе его спины чвякнуло.

— Мыг? — опустил великан взгляд вниз и увидел острие окровавленного клинка, торчавшее из его груди.

— Воспылай, Кастелия, — гневно прорычал Ванштейн.

Повелительница отозвалась с радостью — поток буйного огня вырвался из ее клинка, отбирая у лейтенанта ману как плату. Пузо огра вздулось от огненного хаоса, а сам он взвизгнул и заметался на лежанке соломы.

— Роги жже-е-ет! Роги-и-и бо-о-ольно-о-о-о!

Одна из его лап в суете ударила измученную рабыню, отправив в полет. Та шмякнулась на бетонный пол, следом, прозвенев, приземлилась старая цепь, едва не пробив ей голову. Фозах же, не потеряв ни секунды, провернул клинок против часовой стрелки между третьим и четвертым ребром — месте, где у огров находилось сердце, и вынул меч наружу. Взмах. Еще один удар. И лезвие Кастелии рубануло шею кричавшего великана, но утопло в мешанине мяса и крови, остановившись на четверти пути.

Лейтенант опешил. Удар был нанесен с правильного угла — грубый, выверенный. Он вложился практически на полную, но лезвие завязло в шее огра, как заблудший путник в трясине.

Досадно. И опасно…

Каким-то образом великан вовремя поймал клинок своей лапой еще во время удара, не дав мечу снять голову. Но разве это возможно? После сквозного удара в сердце? Огр должен был как минимум не в силах пошевелиться.

«Что-то не так!» — быстро осознал Ванштейн, когда одной лишь грубой силой огр нагло вытащил клинок из шеи и махнул лапой наотмашь, чуть не прибив его как таракана.

Великан поднялся на ноги и повернулся к Фозаху. Огромный безмозглый с озлобленным взглядом и острыми зубами. Ужасная рана на серой шее затянулась на глазах, оставив лишь следы крови на плече и грязном пузе.

— Роги расстроен, — пробасил гигант и сжал громадные кулачищи до хруста костей. Его осанка изменилась, тело напряглось. — Роги убива-а-а-а-ть! Ра-а-а-а-а!

И туша в семьсот килограмм бросилась в сторону опешившего Ванштейна. Топот огра был мощным, тяжелым. Зазвенели склянки на стеллажах, забренчало оружие и доспехи, сваливаясь с полок на бетонный пол.

— О-о-о-ор-р-рх! — замахнулся огр кулаком, будто осадный таран.

Воротами крепости, видимо, была грудина нежити. Прими он такой удар, и затрещали бы все ребра. Вовремя присев под прогудевшим кулаком, Фозах рубанул по связкам предплечья великана, кувыркнулся вбок, избежав последовавшего удара колена, и воткнул острие в заднюю часть бедра противника.