— Держись, Валера. — Я разорвал на нём камуфляжную куртку и попытался зажать ею рану, что кровоточила в районе живота.

Две пули прошли со спины, насквозь пробив мягкие ткани, но это было лишь первым попаданием. Пока Тузик волочил его под укрытие брони, в теле образовались ещё два отверстия: в плече и бедре. Если по поводу первого я не сильно переживал, то из ноги сейчас хлестала кровь побольше, чем из брюха.

Ольга продолжала сидеть неподвижно, с горящими глазами, зажав в пальцах так и не использованную трубочку с зелёнкой. Тузик снова куда-то умчался, надеюсь, он уже рвёт глотки этим ублюдкам. Однако был и минус. Метла в этот момент меня не видела и не слышала, а соответственно, двое других товарищей остались без помощи.

Я порвал куртку надвое и насколько смог затянул раны уже бледного лицом Валеры, на что он никак не отреагировал, находясь без сознания. Но его грудь всё ещё поднималась, втягивая необходимый для жизни воздух, а значит, шанс есть.

Портсигар выскальзывал из пальцев, залитых кровью. Кое-как подковырнув крышку, его всё же удалось раскрыть и подцепить первую трубочку с миксом.

Я склонился над Гайкой в попытке уловить её дыхание, вот только так ничего и не понял. Школьная программа по ОБЖ словно сама собой всплыла в судорожно соображающем мозгу, и я поднёс к её губам клинок. Его лезвие слабо запотело, но я обрадовался этому так, будто только что клад обнаружил.

Края бумажной трубочки отлетели в сторону. Я поднёс её ко рту Гайки и с силой выдул в него содержимое. Какое-то время ничего не происходило, и вдруг её тело выгнулось, а, значит, микс подействовал. С ней всё, пора заняться Диким.

В его случае всё произошло гораздо быстрее. Хотя он также пребывал в бессознательном состоянии, лечебная смесь подействовала мгновенно. И я наконец смог вернуться к Валере.

Выглядел он, конечно, скверно, а я так и не мог понять: пора заниматься его лечением или всё ещё рановато.

Я попытался приподнять морду нашего броневика, чтобы узнать, закончила действовать красная пыль или нет, ведь принимали мы её практически одновременно. Ничего из моей затеи не вышло, тот даже на подвеске не покачнулся. И я решил, что пора.

И в этот самый момент Валера сделал глубокий сильный вдох и затих. Меня затрясло, адреналин ударил в голову и по глазам, делая изображение каким-то расплывчатым, лишь в его центре сохранялась резкость, а всё остальное будто размазало.

Я быстро, зубами оторвал края, поднёс трубочку к губам Валеры и точно так же, как с Гайкой, с силой выдул содержимое. Вот только ничего не произошло: он всё так же лежал без движения и не подавал признаков жизни.