Мелкая шавка, получив тяжёлым ботинком по щам, не успокоилась. Скорее наоборот, подняла шерсть на загривке и принялась рычать, сопровождая это звонким тявканьем.

В доме послышалась возня и раздался громкий, недовольный крик хозяина:

— Я тебе сейчас миску на голову надену!

С этими словами сонный мужик открыл двери и замер с открытым ртом на пороге, увидев в своём дворе четырёх здоровых детин в камуфляже, которые всячески пытались успокоить собаку. Он моментально закрыл дверь, чтобы через минуту выскочить уже с топором в руках.

— А ну сдристнули отсюда! — заорал на нас он. — Я щас, падлы, завалю!

— Эй, успокойся, мы уже уходим, — поднял руки Дикий, и мы дружно попятились к калитке.

— А где мы, мужик? — решил уточнить я. Судя по окружающему миру, сейчас очень раннее утро, и людей на улице встретить большая проблема.

— Съе**лись отсюда, я сказал! — не обращая внимания на мой вопрос, продолжил размахивать топором тот. — Я ща мусоров вызову!

— Да всё, всё, уходим, — буркнул один из бойцов и распахнул калитку.

Мы отошли подальше от опасного дома и остановились на перекрёстке. Судя по наличию светофора, мы всё-таки в городе. Вопрос, в каком?

— Так, таймеры на семьдесят два часа, — тут же принялся выставлять время Дикий.

— Почему именно семьдесят два? — поинтересовался я, но указание выполнил.

Трубка запиликала сразу, как только я выудил её из кармана и разблокировал экран. Пришло сообщение от сотовой компании, где говорилось о том, что моя сим-карта не работает из-за отсутствия на ней активности свыше полугода. Отлично, вот и приблизительный ответ на то, сколько меня не было. Интернета, соответственно, нет. Как и паспорта, и денег. И вообще, вряд ли сейчас есть возможность отыскать хоть один открытый офис.

— Через трое суток никакая пыль не сможет вернуть тебя обратно, — ответил Дикий, пока мысли сплошным потоком пролетели в голове.

— Понятно, — кивнул я. — Ну что, какие действия дальше?

— Едем к твоему отцу, — пожал плечами тот. — Поговорите с ним. Ну, может, погостим денёк — и обратно. Если, конечно, захочешь возвращаться.

На последнюю фразу я лишь криво ухмыльнулся. Ага, не захочешь. Будто у меня есть выбор?

Пустынные улицы всё ещё ассоциировались у меня с Мешком, вот только отсутствие дождя и поднимающееся солнце говорили об обратном.

По ощущениям сейчас апрель, примерно самое его начало. В тени зданий всё ещё сопротивлялся снег, покрытый чёрной коркой грязного льда. Погода не сказать чтобы тёплая, но и морозы уже отступили.

Получается, сдвиг времён года по отношению к Мешку — месяца три. Когда я в него попал, во внешнем мире заканчивался август, а там — октябрь. Ну да, всё верно. Сейчас в изнанке примерно середина февраля. Всего-то семь месяцев прошло. Явись я сюда чуточку раньше, симка, скорее всего, ещё была бы рабочей.