— Не сказал бы, что это именно ваши проблемы, — пожал я плечами. — Тот человек, который напал на нас, сделал это не потому, что не хотел, чтобы мы находились в Японии. Хотя… Петра Борисовича он хотел выпроводить по-хорошему. Ему нужен был я. Так что это я должен просить у вас прощения.

Мы прогулялись еще с полчаса, и за это время я узнал, что их дочь, принцесса Микки, поедет с победителем японской Универсиады на Мировую. Почему так, она не объяснила, а я не стал допытываться.

— Надеюсь, мы с ней чуть лучше поладим, чем в первый раз, — вздохнул я.

— Ох, терпения вам, Михаил, — тоже вздохнула Сёкен.

Мы еще немного погуляли, обсуждая кицунэ и как за ними ухаживать. Оказалось, что они очень любят мясо метеоритных медведей, и его частенько заказывают из Империи как лакомство, потому что в местной Дикой Зоне еще ни разу не встречалось подобных метеоритов. А у нас в стране таких промышленных метеоритов было несколько.

Когда же мы вернулись, Маша практически все собрала и сидела на диване и отдыхала.

— Мне тут посоветовали посмотреть новости, — садясь рядом с ней, я взял пульт. — Говорят, что-то интересное.

— Какой ты загадочный, — Маша улыбнулась и легла мне на колени. — Ну давай посмотрим.

Ой, как удачно, новости только начались.

'Добрый день, многоуважаемые зрители. С вами в студии Такеши Китано, и мы начинаем.

Вчера отгремела свадьба генерала армии Японии Харакири Сасаки. Его супруга, Мореяма Субару, из рода Субару, была просто очаровательна. Банкет проходил в зале Императорского дворца.

К сожалению, СМИ не пускали на это мероприятие, но у нас есть сведения о некоторых гостях. Хотя, кто бы там не хотел оказаться? Даже сам Император с супругой присутствовали. В том числе и их гости из Российской Империи, которые буквально за день до этого умудрились наделать много шума.

Но все же нам удалось взять интервью у одного молодого человека. Того, кто стал популярен в считанные часы. Человек, невиданной благородства и отваги. Один из группы адмирала Нахимова. Евгений Фанеров.'

Дальше шел ряд кадров с фанатами, которые уже понаделали плакаты с изображением Евгения. Их было немало. За ограждением стояли несколько десятков визжащих девушек. У кого-то были фотографии с его лицом, у кого-то полноразмерные подушки, не помню как они тут называются. И у всех значки.

— Чего! — опешила Маша, вскакивая с моих колен. — Когда это он успел еще и на фотосессию сходить?

А я же только рассмеялся. На плакатах был Фанеров в эпичных позах. Его изобразили в кимоно и в самурайских доспехах, и в образе рокового парня с розой в зубах, и в расстегнутой рубашке.