Даже говорить об этом было смешно. Пять полноценных акций и ни одна не достигла успеха. Даже последняя! А ведь Фёдору Григорьевичу пришлось поступиться собственной гордостью и пойти на поклон к тем, чьё существование вообще считается выдумкой!

— И всё зря! — тихо произнёс граф, залпом допил остатки коньяка из тяжёлого стакана и, с совершенно безразличным лицом, швырнул его в бронированное окно. Стакан разлетелся на сотни осколков, которые присоединились к другим таким же, валявшемся возле окна и по всему кабинету.

Ему ясно дали понять, когда он рванул за вожделенным кристаллом, что Овчинниковым там не рады. Пусть граф не сразу это осознал, но он отлично умел сопоставлять факты. Если бы не засада на пути виконта в тот злополучный день, то всё могло повернуться иначе. Вот только с теми, кто живёт в тени Императора, никогда не стоит спорить. И он не стал бы, если бы не прямой конфликт, который создал глупый мальчишка, нагло вмешавшийся в чужую игру.

— Даже интересно, чем ты им так насолил, мальчик, — криво усмехнулся глава великого рода Овчинниковых. Всего один звонок, ради которого пришлось наступить на горло собственной чести и гордости. И короткий ответ, фактически означавший приговор для Орлова. — Это приемлемо… Приемлемо! Твари!!!

Наверное, это был тот самый момент, когда Фёдор Григорьевич толком не мог определиться со своим отношением к ситуации. Ему чертовски хотелось, чтобы дерзкий барон сгорел без следа в ловушке теневиков. Чтобы сама память о нём сгорела и вместе с ней все его текущие проблемы. И в то же время граф страстно желал, чтобы заносчивые ублюдки из тайной службы государя наконец обломали зубы в своих мерзких играх.

Никому не дозволено помыкать главами великих родов. Никому! Даже для Императора они все не рабы и слуги, а только подданные. Те, кто может исполнить волю летающего острова в точности, а может и пойти наперекор. А что делают теневики?

Они годами стравливают великие рода, шпионят и делают всё возможное, чтобы истинные хозяева полисов только и делали, что грызли друг другу глотки. Нет, граф вовсе не был против того, чтобы это происходило. Но любая грызня должна однажды заканчиваться. Тогда на вершине остаётся самый сильный и опытный. И в столице это был граф Овчинников. До недавнего времени.

Вожак всегда должен быть сильным. А в среде аристократов это правило был верным вдвойне. Чтобы заставить идти за собой глав других великих родов у графа ушли годы. Ещё месяц назад у него практически было абсолютное большинство в совете. Четыре рода против трёх. Но уже сейчас, после пары дурацких происшествий, тот же Покровский возомнил себя самостоятельным. Будто разом забыл, как его вымирающий род спасали инвестициями Овчинниковы.