Я не могу утверждать точно, но мне кажется, её мысли были где-то в этом направлении. Она опустилась на самое дно. И морально, и физически.
— Не переживай. Всё будет хорошо.
Ответа не последовало.
Впрочем, на большее меня и не хватило. Сказать человеку, который потерял почти всё, что «всё будет хорошо» — не лучшая идея. Это может только ранить сильнее.
— Не смотри на меня так, пожалуйста. Не надо.
Не хотел грустить… но стало грустно.
— Извини.
Я извинился так, словно был виноват во всём. Будто моя ошибка, что не пришёл раньше, не помог, не поддержал. Будто это я был эгоистом.
Это было странно. Винить себя за то, что не мог контролировать. Я понимал это разумом, но всё равно продолжал.
Если сказать, что Краса мне не нравилась — совру. Мне нравилось в ней многое: внешность, характер, взгляды. Я никогда не любил покорных, безликих, серых мышей.
Мне всегда хотелось видеть рядом сильного человека. Своевольного. С мечтами, с желаниями. Ту, которая не станет навязывать свою любовь и душить ею.
И видеть такую женщину — сломанной, разбитой, почти пустой… Два моих сердца разрывались на части.
Меня всегда было трудно разозлить. Возможно, из-за этой глубокой уверенности, что даже если небо рухнет, оно обрушится мне на плечи, и я всё равно выстою.
Но именно эта ситуация вывела меня из себя. Пробудила злость. Гнев. И его нужно было на кого-то выплеснуть. К счастью, подходящий человек был рядом.
К тому моменту Витт полностью восстановился. Он уже стоял на ногах, с копьём в руках, направленным на меня. Когда я обернулся, он увидел моё лицо, и на миг застыл от удивления.
— ТАК ЭТО ТЫ⁈ ХОРОШО. Я УБЬЮ ВАС ОБОИХ!
Глава 23 Ритуал
Трудно было объяснить поведение Витта. Неужели, избив слабую девушку, люди начинают верить, что становятся всесильными?
Честно говоря, его слова о том, что он убьёт нас обоих, даже рассмешили меня. Я с издёвкой махнул ему рукой:
— Давай, нападай.
Он сорвался с места, будто его спустили с цепи. Размахивал своим копьём, стремясь подобраться поближе, выискивая слабое место.
Вот только у меня их не было. Я протянул руку и поднял вверх его же копьё. Витт был гордым, в бою он никогда бы не выпустил оружие. Поэтому теперь повис на древке, как упрямый ребёнок.
— Отпусти, — потребовал он.
Звучало странно, просить отпустить его собственное оружие. Я даже слегка потряс копьё из стороны в сторону, надеясь, что он сам упадёт. Не вышло. Пришлось ударить его о землю.
— А ты силён, — выдохнул он, вытирая с губ то ли кровь, то ли слюни.
В его глазах уже читался страх. Возможно, он хотел бы убежать, но понимал, что вокруг барьер. И выхода у него, по сути, было два: убить… или быть убитым.