Получилось приземлиться на спину в районе хвоста, чей удар я сразу заблокировал воздушным щитом. На покрытом шипами извивающемся отростке повисло сразу пять псов, и с каждым мгновением их становилось все больше. Коллективными усилиями стае удалось зафиксировать крокодилий хвост, и я пригвоздил его к земле каменными и ледяными кольями. Тварь была слишком занята, отгоняя других гончих от своей головы, и не могла освободиться. Шикарно! Пришла пора пополнить свою коллекцию отрубленных голов.

Перебежав к вытянутой пасти, я попытался ударить по шее. Светящееся лезвие отскочило от толстой пластины, оставив глубокую зарубку. Да тут нужна артефактная цепная пила, а не просто топор!

Крокодил не дал мне нанести второй удар. Не имея возможности смести меня хвостом, он встал на дыбы и перевернулся на бок. Я прочно вцепился в его чешую одной рукой, второй пытаясь достать его топором. Получилось нанести еще несколько ран, но ничего смертельного. Зато гончие с радостью вцепились в беззащитное подбрюшье, а самые отчаянные и глупые пытались разгрызть его шею. Обложенный со всех сторон крокодил метался в разные стороны, не в силах выбрать приоритетную цель, это его и сгубило.

Я перебросил себя через него одним рывком и с разворота вонзил топор в живот, получилось аккурат у старой затянувшейся раны. Он не успел отреагировать, и я нанес еще несколько ударов, прорубая себе путь. Поддавшись наитию, сжал свободную руку в кулак и, напитав его силой, вонзил в гулко бьющееся сердце. Меня окатило горячей кровью, и вместе с ней ко мне переходила сила и ярость убитой твари.

Выжившие гончие (всего их осталось около десятка) одновременно припали к земле, склонив передо мной голову. Я несколько мгновений боролся с желанием разорвать их голыми руками и сожрать сердца, так и не дав кровавой ярости затмить мой разум. Громкие хлопки окончательно вернули мне рассудок. Фокалорс аккуратно спрыгнула со своего укрытия под потолком и теперь аплодировала мне.

— Ты сейчас такой мужественный! — Ее ладонь легла на мою окровавленную грудь. Переданная Астрид одежда превратилась в груду лохмотьев, и демонесса несколькими уверенными движениями избавила меня от них. — М-м-м… скоро я не смогу сдерживаться.

— Вы встречаетесь с Барбатосом, — напомнил ей, твердо убирая руку. — Как бы я к нему ни относился, он мой боевой товарищ, и я не буду его предавать.

— Так он совершенно не против! — улыбнулась она, вскинув бровь. — Хочешь, я ему позвоню?

— Мы здесь вроде как по серьезному делу, — нахмурился я. Поведение демонессы начинало сильно напрягать. — Вон и нюхачи как раз имеются.