Стрелки Отца Гронда засели за другими машинами и поливали ресторан огнём, почти не целясь. Оттуда умудрялись стрелять в ответ. Мотоповозки давно уже превратились в решето. Некоторые дымились. Кто побеждает, сказать сложно. Но у напавших было ещё какое-то странное оружие.

Один здоровый мужик в шляпе сидел за машиной и накручивал какую-то трубу. На одном конце был напялен круглый набалдашник. Мужик что-то на нём крутанул, положил трубу на плечо и начал целиться в ресторан.

Явно что-то мощное. Я так и не зарядил револьвер, но в кармане была граната, которая давно уже упиралась мне в бедро.

Я вырвал кольцо и швырнул гранату в бандита. Прямо в голову, сбил шляпу. Мужик упал на колени, и эта штука выстрелила. Круглый набалдашник на конце трубы вылетел, разбрасывая искры, и залетел под соседнюю мотоповозку.

Раздался взрыв, а почти одновременно с этим ещё один, когда рванула граната. Одну из машин перевернуло вверх дном. Мимо меня пролетела чья-то порванная тлеющая шляпа.

Взорвалась ещё одна машина. Я начал перезаряжать револьвер. Стрелки Отца Гронда, те, кто не умер, начали отступать. Нет уж, чем меньше уйдёт, тем проще мне будет потом. Я встал на колено и прицелился в одного.

Мимо. Мимо. Есть, в спину! Бандит рухнул, сбив урну с мусором. Из ресторана продолжали стрелять, кто-то отправлялся в преследование. Раздался выстрел откуда-то сверху. Руссо подстрелил ещё одного, который собирался отстреливаться.

За моей спиной раздались торопливые шаги и ругательства. Я повернулся, выстрелил и перекатился за угол дома. Пули, нацеленные в меня, выбили крошку из кирпича. Я вызвал Карнифекс и срубил первого, кто выскочил.

Оружие исчезло. Своенравный топор решил, что достаточно на сегодня поработал. Но второй стрелок увидел это оружие и на мгновение опешил.

Мне хватило.

В два шага я подбежал к нему и скрутил шею.

Больше никого.

Кто-то преследовал убегающих. Для этого даже выгнали откуда-то мотоповозку, стоявшую в стороне, а потому и уцелевшую. Она помчалась за бандитами Отца Гронда.

Площадь перед ресторанчиком была разгромлена. Стоявшие летние столики были перемолоты в мусор. На здании ресторанчика не осталось не только ни одного целого окна, даже нет ни одного кирпичика, в который бы ни попала пуля.

Я вошёл внутрь через разбитую дверь, висевшую на одной петле. Дверь скрипнула и упала. Под ногами хрустело битое стекло. Помещение уже никак не напоминало то место, где я обедал совсем недавно.

Падре Маретти пил вино прямо из бутылки. Его помощник вытаскивал пробку из очередной, чудом уцелевшей.