— Реальность жестока… — протянул я.

— А то…

— Тогда решено. Сегодняшний день можем считать последним днем моей жизни. Именно сегодня я умру. Скажите об этом врачам. Пусть регистрируют смерть. А вы пока обналичьте все деньги, которые содержатся на моем счету. Мне нужны наличные. Девочки через год уже будут иметь в разы больше, чем есть у меня, поэтому снимайте все, что есть…

— Да, Роран, как хочешь…

Бастиан вышел из комнаты. Арья осталась рядом. Она смотрела на меня растерянно. Не понимала, что ей делать. Я тоже не был в восторге от случившегося. Нужно было лишь смириться.

— Выходит, я оказалась права… — серьезно отозвалась Арья. — Ты погиб.

— Если ты считаешь это моей смертью, то пусть будет так… — хмыкнул я.

— Что прикажешь мне делать? Идти с тобой, или остаться?

— Найди человека, который окажется тем, кто станет для Шина другом… — задумчиво протянул я. — Я хочу, чтобы Шин сам пришел ко мне. Хочу оставить ему письмо.

— Но кого я отправлю? — развела та руками. — Девочку Азуми? Старика Арчибальда? Кого, Роран?

— Придумай что-нибудь… если не сможешь сделать этого, приходи ко мне на остров. Чтобы восстановить тело, мне как минимум понадобится лет двадцать.

— Двадцать лет… — забегала та глазами по моему лицу. — Это ведь…

— Долго, знаю… — кивнул я. — Но предложить другого не могу.

— Я поняла тебя…

Девушка, озадачившись, вышла из комнаты, оставив меня лежать одного. Я закрыл глаза и сконцентрировался на своих магических каналах. Те были сильно повреждены, как и онемевшая половина тела. Я чувствовал, как кровь старика Арчибальда пытается что-то восстановить, но на это уходит время.

В Алькатрасе я просидел более девяти лет, питая тело маной. Сейчас мне придется пробыть в таком положении гораздо больше времени. Поэтому и энергии у меня станет больше. Даже если тело Рорана не так одарено, как мое, это не делает меня ничтожно слабым.

Остается верить, что Шин в этот мир прибудет через двадцать-тридцать лет. Тогда я смогу в полной мере повлиять на его судьбу и заставить его вернуть себя домой.

Дни пролетали один за другим. Бастиан помог мне с документами. Страна заговорила о моей смерти. Люди действительно стали интересоваться моей жизнью после того, как я вернул Хиро статус государственного. Кто-то говорил, что я останусь в истории навсегда, кто-то же считал, что моя смерть помогла миру остаться в балансе.

Через несколько дней Бастиан вручил мне все деньги и дал возможность улететь из страны. Я даже ребенка своего не увидел. Улетел слишком рано, так как оставаться в Японии после новости о моей смерти долго не мог.