— За ВДВ! — взревел Сухов, и выхватил из разгрузки виброклинок, специально предназначенный для пробивания уязвимых мест в тяжёлых композитных доспехах.
В побитую броню «Ратника» тут же заколотили пули 45 калибра, выпущенные из «Глока-88», но капитан, стиснув зубы продолжил разгоняться, даже не пытаясь уклониться.
В последний миг перед столкновением он заметил, как отлетел в сторону угловатый пистолет, а вместо него в руке тринадцатого сверкнуло раскалённое лезвие силового штык-ножа.
Две бронированные махины с лязгом врезались в друг друга. Посыпались удары тяжёлых кулаков, надсадно взвыли сервомоторы экзоскелетов, работающих в запредельных режимах.
Это была далеко не первая их рукопашная схватка, и Сухов успел хорошенько изучить повадки противника. Тринадцатый постоянно норовил атаковать силовым клинком либо в пах, либо под мышки, где композитные доспехи были наиболее тонкими. Это должно было помочь, но вместе с тем капитан чувствовал на своей шкуре что и враг с каждым разом учится.
Создавалось стойкое ощущение что он тоже помнит все их схватки. Это подтверждало то что тринадцатый начал обходить заложенные противотанковые мины, кое где установленные в туннелях и лифтовых шахтах, и начал выбирать наиболее безопасный путь, отлично ориентируясь в разветвлённых уровнях подземного комплекса.
Во все стороны полетели искры, куски разорванной амуниции и брони.
После обмена контузящими ударами, Сухов сумел пробить тринадцатому по колену, вывернув при этом сустав сервопривода. Затем он запоздало заметил, как несмотря на повреждения экзоскелета, противник сместился в сторону, и воткнул искрящийся штык-нож в его открывшийся бок.
В последний миг Сухов успел среагировать и зажал кисть с горящим клинком у себя под мышкой. При этом четырёхсоткилограммовый бронекостюм, прижался к не менее массивному экзоскелету тринадцатого.
Взаимное давление массой продолжалось считанные мгновения. Затем надсадно рычащие сервоприводы «Ратника» победили, завалив «Рейнджера» навзничь, на бетонный пол.
Оказавшись сверху капитан воткнул четырёхгранный виброклинок во вмятину, оставшуюся после удара тяжёлой пули в рифлёном забрале шлема, и надавил всем весом. Одновременно с этим тринадцатый продолжал дёргать зажатый штык-нож, пытаясь прожечь дыру в композите.
Бок Сухова обожгло, и он почувствовал едкий запах палёной кожи, но несмотря на это капитан продолжать зажимать кисть тринадцатого, не давая тому вырваться.
А виброклинок продолжал надсадно долбить словно бешеный перфоратор, очень медленно расширяя микроскопическую дырочку, образовавшуюся в смятом забрале «Рейнджера».