Одевать панцирный бронежилет и титановую каску лёжа на полу, было неудобно, но он справился. Автомат «Бизон» и два шнековых магазина переправились в руки Глебову, а укороченный «АК-103» и пистолет «Глок-22» заняли свои законные места.
Затем учёный, вытащил из кожаного портфеля тонкий ноутбук, раскрыл его, и подключился к локальной сетке камер наружного наблюдения.
— Ну что там — спросил подползший поближе Глебов, при этом неотрывно глядя на экран.
— Ангар, и бункер под ним, я закрыл дистанционно. Все, кто находятся там пока в безопасности — проговорил Северский, и постучал по экрану в том месте, где виднелись только что сомкнувшиеся ворота, арочного строения, изначально предназначенного для хранения вертолётов, в условиях ядерной войны. — Кто бы не нас на напал, им придётся повозиться, пробивая железобетонный свод двухметровой толщины. Все тревожные системы активированы. Первые три этажа исследовательского центра запечатаны металлическими ставнями. Единственный лифт заблокирован.
Сразу после короткого отчёта Северского, снаружи раздался мощный взрыв, и некоторые из наиболее повреждённых окон, осыпались внутрь стеклянным крошечном.
Освещение лаборатории вырубилось, и тут же вновь загорелось. Экран ноутбука тоже моргнул, после чего значительная часть ячеек с картинками потухли. Северский переключился на камеру, установленную на крыше, и увеличил панорамный вид, показывающий почти весь комплекс.
— Они взорвали генераторную — констатировал Глебов, глядя на пылающее факелом здание.
— Ничего, аварийных батарей хватит на пару дней — на автомате сказал Северский.
Услышав его слова, олигарх обречённо ухмыльнулся.
— Боюсь, что у нас осталось от силы пара часов — недовольно проговорил он, и дотянувшись до сенсора, начал скролить камерой, значительно увеличивая заинтересовавший его участок изображения.
Через секунду на экране появился кусок выгоревшей от солнца казахской степи. По ней в сторону комплекса, стремительно приближалась группа вооружённых до зубов, хорошо экипированных бойцов, облачённых в сливающийся со степью камуфляж.
— Двенадцать рыл, не меньше — примерно прикинул Глебов. — С этой стороны, вижу три похожие группы, значит с противоположной приближаются минимум столько же.
— Кто они? — пробормотал Северский.
— А кто ж его знает — задумчиво начал олигарх. — Шагин старший? Не, это навряд ли. После крушения вертолёта и потери действующих сотрудников, все его силовые структуры замерли в ожидании возможных репрессий, со стороны высших лиц государства. Мои казахские друзья — тоже навряд ли на меня наедут. Внешняя охрана частично под их контролем, так что убивать своих сотрудников они бы не стали — в подтверждении своих слов, Глебов указал на неподвижные тела, лежавшие недалеко от КПП, и у казармы, где размещались местные сотрудники охраны.