В промежутках он проводил над своим телом ритуалы по усилению магического резерва. Но за столь короткий срок он смог подняться всего лишь на ранг, став мастером.

Одно радовало, оболочка Менелая оказалась крепкой, и вначале лета, когда на Теллусе начнётся война, его сын полностью поправится. Пара десятков ритуальных жертвоприношений, и энергоканалы стали восстанавливаться.

— Отец, у меня плохие новости, — произнёс Менелай. — Как мы и опасались, Аракса раскрыли.

Моисей и так не сомневался в этом. В последний раз, когда он пытался связаться с сыном, вместо него увидел незнакомого взрослого мужчину, после чего он отключился. И он в ту же минуту сообщил об этом Менелаю, который должен был помочь брату.

— Ты выяснил где его убежище?

— Нет, отец. Только Аракс знал где находятся наши убежища.

— И твоё?

— Не волнуйся, отец, в тот же день я переместил своё тело в место, о котором никто не знает.

Моисей кивнул.

— Что говорит Клео? Она может помочь брату?

— Да, — ответил Менелай. — Через несколько дней отборная сотня вампиров нападёт на тюрьму, в которой держат Аракса. Уверен, после этого он выйдет на связь.

— Это при условии, что под пытками он не выдал своего истинного местонахождения, — сказал Моисей. — В любом случае, будь готов отправиться ему на выручку.

— Да, отец, — ответил Менелай, после чего посмотрел на Вавилонскую шкалу. — Нам осталось ещё двадцать три процента для того, чтобы энергии Теллуса хватило для открытия портала. Однако, отец, а что если эта планета пала? Куда мы отправимся дальше? А главное, как?

— Нам главное попасть туда! Когда я закончу с подпространственным порталом, начну строить маяк, сигнал которого слышат только Туариане.

— А почему нельзя построить такой маяк на Теллусе?

Моисей тяжело вздохнул.

— Сын, думаешь, если бы можно было, я бы этого не сделал? Только из-за отдалённого местоположения этой планеты от звездного пути наш сигнал не дойдёт до наших сородичей. Из-за дальности от звёздного пути наши предки прибыли на эту планету на космических кораблях.

— Ясно, — ответил Менелай. Он долгое время не решался спросить, но это заметил отец, и стал выжидательно смотреть на сына. — А если туариане пали? Если мы оказались последними? Что если и марфтамов уже нет в живых?

Такой вопрос обескуражил Моисея. Он отложил артефактный гравер, которым проводил лей-линии между рунами, и задумался. Менелай мог оказаться прав. С момента уничтожения Вавилонской башни, которая служила межмировым порталом, прошло много времени. Вышедшие марфтамы убили его и покинули планету. И Моисей был твёрдо уверен, что они пришли только за ним! Остальное их не интересовало.