— Ты прав, — сказал я. — В общем…

И я рассказал Славянову, что видел пока находился в капсуле. Лицо ученого несколько раз менялось от восторженного до напряженного. И когда я закончил свой рассказ, он спросил.

— Вы хотите использовать артефакты иллюзий, чтобы скрыть ауру ваших родных?

— Да.

— Если Вы правы, — начал говорить он, — и эта капсула способна перемещать нашу душу (Славянов простолюдин, и в его семье верили в Бога), в другое измерение, то скорее всего там действуют другие магические и физические законы. На это указывает тот факт, что, когда Вы используете магическое зрение, видите другие световые аурные спектры.

«И где только слов таких набрался?» — подумал я, а вслух сказал.

— Я тоже пришёл к такому выводу, но с чего-то надо начинать. Вдруг артефакты иллюзий изменят цвет ауры и в другом измерении?

— Хммм, — задумался Славянов. — Мне нужно время подумать. — Он посмотрел на меня. — Вы ещё планируете сегодня залазить в капсулу? — Я отрицательно покачал головой. — Тогда я постараюсь провести анализ данных, которые проступили на артефакт урквай.

— А почему не на этом? — показал я на монитор, принадлежавший сыну Моисея.

— Я не могу разобраться с языком. И у урквай более удобная система поиска данных.

Я кивнул, и немного последив за Славяновым отправился сам за артефактами. Чтобы провести эксперимент, мне нужно было доставить в Балакина сына Тимофея. Может звучало меркантильно, но у меня была от силы неделя, может полторы, прежде чем аура ребенка начнёт меняться, и тогда его тело будет не пригодно для вселения, а значит и для изучения тоже. Наверняка на Теллусе я найду ещё детей, у которых есть родство с Тьер. Про многих я и так знал, ведь мои предки наплодили за долгую историю существования рода сотни бастардов. Но сын Тимы был моим племянником, и единственным ребёнком моего брата. Поэтому я собирался обеспечить ему безбедное будущее.

Пока подымался из бункера я даже подумал, что в будущем оставлю на его сына род Тьер. Однако быстро отбросил эту мысль. Род унаследует мой сын, рождённый от Ланель. А сын Тимофея — бастард. И хоть я собирался признать его и ввести в род, но прав на главенство у него не будет. Он родился вне брака. И доказать обратное, учитывая, что Тимофей был женат на Наталии Рюрикович, невозможно.

Поздним вечером я встречал Марию и Ронака. Стоило мне добраться до артефакта связи, как я отправил им сообщение о том, что у Тимофея был сын. В этот момент мне было жаль, что я не видел эмоций сестры, которая до сих пор очень переживала потерю брата-близнеца. И видя с какой заботой она несет на руках маленький кулёк, я понял кто возьмёт на себя заботу о нём.