Глава 24
Что чувствует человек, который знает точную дату свой смерти? Вот Элина попросту впала в полуобморочное состояние, стоило открыть глаза утром. Она не понимала, что ей говорят, невпопад отвечая на вопросы. Когда её пытались дозваться и получить какой-то определённый ответ, она не понимала, чего от неё хотят. От нервного напряжения у девушки без остановки тряслись руки, и то и дело без причины начинали литься слёзы. Страх полностью заполонил её сознание, и не позволял даже думать.
Конечно, её состояние довольно быстро передалось всем окружающим. Адепты спешили покинуть академию, магистры разъехались «по очень важным делам», все подсознательно стремились оказаться подальше от ужаса Элины.
В какой-то момент всё начало перерастать в настоящее безумие, и хранители поспешили влить в Элину очень много успокоительного. Несмотря на жгучее желание сбежать подальше вместе с обитателями академии, они всё же взяли себя в руки и попытались успокоить девушку. Но всё изменилось, когда подействовало зелье, и Элине стало в принципе всё равно, что там с ней собираются сделать.
Пришлось приводить её в нормальное состояние с помощью магии, отчего страх хоть и вернулся, но никто больше не ощущал прошлого безумия. К вечеру Элине стало намного легче. В какой-то момент она даже смогла спокойно реагировать на происходящее и решила почитать трактат одного из известных магов прошлого, но тут раздался стук в дверь.
Книга в тот же миг выпала из рук девушки, а колени предательски подкосились, отчего она оказалась на полу рядом с несчастным фолиантом. Переведя испуганный взгляд с книги на Леарин, затем на хранителей, которые мгновенно обернулись котами, Элина тихо всхлипнула. Богиня недовольно поджала губы, после чего быстро распахнула дверь и зарычала на брата:
— Ты просто идиот! Ещё и время сказал… Да такими темпами, она умрёт от сердечного приступа раньше, чем ты успеешь сказать первые слова заклинания!
— Ну и зачем доводить себя до такого состояния? — недовольно пробурчал Каин, отодвинув сестру в сторону.
Он подошёл к Элине, сидящей на полу, которая не сделала даже слабой попытки встать на ноги, и тяжело вздохнул. Страх с ужасом волнами расходились от девушки во все стороны и грозились довести-таки окружающих до истерики. Впитав все эти жуткие эмоции, Каин поднял Элину на руки и хмыкнул, услышав, как громко с облегчением вздохнули хранители.
— Что, тяжело?
— Пр-р-риятного мало, — протянул Эштиар, который с трудом удерживал контроль не только над эмоциями Элины, чтобы не случилось массового психоза, но и над своими. Очень хотелось располосовать всё лицо Каину, и потребовать, чтобы тот убрал руки от девушки. Вот только портить всё, чего они смогли достичь из-за ревности, было глупо, поэтому Эш лишь насупился и пробурчал: — Мы идём с вами.