Прозвучало это грубо, резко, и тут же отреагировал тот, что помоложе.

— Вы нам угрожаете⁈

Я только вздохнул.

— Один маг был убит ножом, одна задушена, трое отравлены, а ещё пятнадцать были убиты во время магических боёв, и они были такими жестокими, что не осталось даже тел. Надеюсь, это достаточное основание для моих слов о проклятии? — я встал — Прошу прощения, но мне лучше уйти. Причину я уже назвал.

Старый маг смотрел на меня серьёзно, задумчиво, а вот его сын чего-то завёлся.

— Значит вы вот так, в открытую признаётесь в убийстве двадцати магов⁈

И вот тут я споткнулся. Что бы я сейчас ни сказал, старый может почувствовать ложь. Сказать что не убивал никого — неправда. Что убил всех лично — тоже неправда.

— Они умерли после встречи со мной — чуть медленнее, чем надо, сказал я. А дальше пусть думают что хотят. И тот, что помоложе, подумал.

— Значит, сев к вам за стол, мы подписали себе смертный приговор?

— Ни в коем случае — попытался я угомонить мага — Я рассказал вам о своём проклятии, а дальше решайте сами как к моим словам относиться — я чуть склонил голову — Всего хорошего.

Повернулся уходить, и вдруг сзади рык.

— А я тебя не отпускал, сопляк!

А вот это уже был перебор. Будь я хоть как-то зависим, в подчинённом положении у этого мага, ещё можно было бы понять такое поведение, а вот так, при случайной встрече… Как ни крути, но после окончания академии маг получает личное дворянство (если до этого не имел по праву рождения) и может на равных говорить с любым другим дворянином хотя бы в вопросах чести. Как бы ни завёлся этот маг, он должен понимать, что за такими словами может последовать пощёчина и вызов на дуэль.

Я медленно повернулся к магам.

— Я могу понять, что мои слова могли вызвать у вас… не очень хорошие мысли, но воздержитесь от оскорблений, иначе наша встреча закончится очень плохо.

Маг, что помоложе, скривился.

— Ты решил не ждать до утра?

После нашего разговора это было всё равно, что прямо обозвать меня убийцей. Я глянул на пожилого мага.

— Господин барон, если ваш сын не перестанет оскорблять меня, мне придётся вызвать его на дуэль.

Маг покосился на сына, потом снова посмотрел на меня.

— Мой сын погорячился, но суть он передал верно — вы, молодой человек, признали себя убийцей магов, да ещё и угрожали нам. Как иначе понимать всё, что вы здесь наговорили?

Я постарался задержать дыхание и даже глаза закрыл, стараясь не сорваться. Да, приочень большом желании мои слова можно трактовать и так. Только с чего такое желание у этих магов? Оскорбились моими словами? Могли просто посмеяться и послать куда подальше с моим предупреждением, но почему-то решили довести дело до скандала.