Глава 4
— Ты задолбал! — рычал не своим голосом какой-то северокорейский офицер. Причем я даже не понимаю, зачем так кричать. Я же сижу спокойно, в комнате довольно тихо. Меня даже к стулу привязали зачем-то, но это уже какие-то их заскоки. — Сколько можно? — снова, чуть ли не брызжа слюной, проревел он. — Хватит! Уже шестой раз мы пытаемся тебя обменять! Почему так происходит? Почему ты не хочешь обмениваться?
Ну, а что я ему отвечу… На завтрак подавали рис с уткой, на обед — утку с рисом. Нравится мне пробовать разные блюда, вот и гуляю по секретному военизированному научному комплексу. А как надоест, так и поеду домой.
— Так, всё, — помотал головой он. — Мое терпение заканчивается. Если ты не отправишься прямо сейчас к своим, я пристрелю тебя сию секунду! Понял? — кореец выхватил из кобуры пистолет и направил мне прямо в лоб.
Но к нему тут же подбежали другие, опустили его руку и отобрали оружие.
— Господин Соп Лян! — испуганно залепетали бойцы. — Не надо! Мы же говорили, он не любит оружие! Нельзя целиться в него!
— Вот, молодцы, запомнили, — оскалился я. — Так бы сразу!
А я сразу сказал, что направлять на меня оружие — это очень плохая примета. Никто так и не смог объяснить, почему все, кто рискнул прицелиться в мою сторону, были отправлены на обмен.
Прошло всего три дня с тех пор, как начала работать эта примета, и за столь короткий срок в Российскую империю было отправлено уже двадцать пять офицеров. А ведь они громче всех орали, что не верят в приметы.
Подчиненные рассказали своему командиру про пропавших офицеров и вернули ему оружие. А он оказался довольно-таки мудрым, решил не проверять на своей шкуре, работает эта примета или нет. Да и какой смысл целиться в меня? Убить все равно нельзя, а запугивать бесполезно, это и так все поняли.
На самом деле за эти три дня произошло немало веселых событий. Ночью я спокойно спал в своей камере, а днем разгуливал по базе и, используя передовые методы маскировки, участвовал чуть ли не во всех собраниях офицеров.
За это время было произведено несколько обменов. Например, не так давно имперцы должны были отправить пятьсот заключенных, а взамен корейцы планировали переправить столько же бродяг, буквально за полчаса собранных на улицах соседнего города.
Теперь бродяги сидят довольные по камерам и кушают утку с рисом, а вместо них в контейнерах уехали пятьсот верных солдат северокорейской армии и двенадцать высокопоставленных офицеров.
— Он что, еще здесь? — в комнату забежал начальник посерьезнее и удивленно уставился на меня. — Серьезно? А ну, быстро убрали его отсюда!