Наш компактный отряд довольно быстро добрался до командного пункта. Двухэтажное укрепленное здание практически не пострадало от взрывов, только выбило окна. Но внутри могли остаться выжившие, так как…
— Ложись! — крикнул кто-то из магов, и надо мной и Викой появился защитный каменный купол. После чего раздался грохот и он покрылся трещинами.
А когда маг обратил купол в пыль, я смог увидеть, что практически всю базу сравняло с землей. Странно… Но разумно со стороны врага. Он понял, что победить не выйдет, и запустил программу самоуничтожения. В каждом из самолетов, танков, и прочей секретной технике была заложена взрывчатка, чтобы технологии не достались врагу. Да и в зданиях можно найти улики, так что их тоже взорвали. Теперь же, по мнению троицы аристократов, всё здесь уничтожено и я не смог своей вылазкой добиться своих целей.
* * *
— Господа! — слуга поклонился три раза, обратившись к сидящим в креслах важным мужчинам. — На базе номер восемь активирован протокол самоликвидации.
— Все образцы уничтожены? — уточнил граф Будаков.
— Вс… — запнулся слуга. — Почти все… — он потупил взгляд.
— И что не уничтожили? — поднял бровь герцог Добролюбов.
— Самолет версии пятнадцать дробь тридцать три. Тот, который участвовал в атаке на Булатова. По какой-то причине система самоуничтожения дала сбой, аналитики уже изучают возможные причины, — скривился слуга, но мужчины выдохнули.
— Ничего, терпимо, — кивнул Терский. — Управление там полностью изменено, он даже не поймет, как этим пользоваться, — усмехнулся он. — Так что технологии ему никак не помогут.
В этот момент на телефоны всех троих пришло сообщения, и мужчины потянулись за телефонами.
— Он что, издевается? — удивился Добролюбов, увидев фотографию улыбающегося Булатова на фоне самолета. — Этот идиот, вообще, понимает, что он уже не жилец?
И снова пришли сообщения, но на этот раз с фотографиями документов. Непонятно как, но Булатов смог достать чертежи этого самолета, и сфотографировал их. А еще указал, что трофей, вместе с документами, будет передан в императорский институт разработок от его имени, и на вполне законных основаниях. Беда лишь в том, что документация была секретной, потому там указано немало интересного о работе тайного отдела разработок.
— Сколько ты говорил, нам Император мог дать за чертежи? — Будаков посмотрел на герцога.
— Не знаю, как раньше. Но теперь лет по двадцать, — скривился Добролюбов. — Или пожизненное, причем, каждому…
Глава 2
— Так! Для тебя есть персональная задача! — Император не стал здороваться, когда зашел в кабинет начальника внутренней безопасности, и сразу перешел к делу. — Разберись с этой ситуацией, — он бросил на стол папку с документами, и начальник сразу ее раскрыл. После чего хотел схватиться за голову, ведь с этим делом он уже успел познакомиться. И очень надеялся, что оно пройдет мимо него.