— Вот, чёрт! — Воскликнул идущий впереди меня Миротворец, падая на землю, а через миг я почувствовал, как запинаюсь о растянутую над землёй верёвку. Лес тут же наполнился тревожным глухим перестуком, будто где-то там вдали, друг об друга застучали десятки глиняных горшков. Мы замерли, глядя одновременно во все стороны и ничего опасного не обнаружили, да и перестук быстро стих. Мы перешагнули через невидимую верёвку и буквально через несколько шагов наткнулись ещё на одну, тянущуюся на высоте груди. Нет это не верёвка, и на паутину не похоже. Странная нить, толщиной в карандаш, прозрачная и неровная, будто кто-то растопил на огне шмоток целлофана, и вытянул его в неравномерную комковатую нить. Та шла, цепляясь с одной стороны за ствол дерева, а вторым скрываясь в темноте леса. Дотронулся до неё пальцем и поняв, что от неё не бьёт током, не травит смертоносными токсинами, не прихватывает суперклеем, схватился всей ладонью и задёргал из стороны в сторону. Где-то из темноты донеслось знакомое глухое бренчание.

На первый взгляд идиотская идея, так как, скорее всего, это что-то типа сигнализации для местных обитателей, предупреждающей о приближении добычи и призывающий охотников к определённому месту. Но, с другой стороны, мы для этого сюда и пришли, чтобы поохотиться на охотников и лучше это делать здесь с краю леса, чем когда мы заберёмся в самые дебри. То что это, может быть, наоборот, сигнал к тому чтобы прятаться, я сразу не подумал, но в таком случае мы всё равно уже всех распугали, запнувшись за первую верёвку.

Мы подождали с минуту реакции, потрясли ещё раз, подождали опять. Кроме быстро затихающих звуков ничего не дождались.

— Жутко как-то, — поделился я с остальными своими чувствами.

Те только согласно захмыкали.

— Ладно, идём ещё на сотню шагов, если ничего не находим, то возвращаемся.

Листва под ногами с каждым шагом хлюпала всё больше, исходя водяными пузырями под нашими ботинками, натянутые лески попадались всё чаще, преграждая наш путь натянутыми параллельно земле струнами или возносясь от земли к кронам деревьев, или шляпкам гигантских грибов, раскинувшийся над нами. В этой темноте я уже перестал их различать.

Шаг, ещё шаг, ещё…

— Твою ж, мать…

Я, пригнувшись, проскользнул под очередной леской, проследил взглядом, куда она идёт и упёрся глазами в глазницы обглоданного скелета со съехавшей на бок нижний челюстью. Влепившаяся в него леска расплескалась по его груди, охватывая её тонкой паутиной, притягивая его к стволу дерева. Я подошёл к нему, постучал костяшками пальцев по лбу. Звук раздался глухой. Вытащил шприц отработанным ударом всадил в макушку, вытащил поршень, получив двенадцать наноботов. Значит ещё совсем недавно это был человек или зомби, и кто-то объел с него все мягкие ткани, не добравшись только до мозга. Кто мог обсосать его с ног до головы, оставив скелет целым и невредимым? На работу больших хищников не похоже. Какие-нибудь насекомые? Те же улитки? Вполне может быть, ведь на веревках были развешаны как раз их раковины, ударами друг о друга предупреждая хозяев о приближении чужаков. Вот только вот где они все? Даже те, что были в самом начале, пропали.