— Зубр… Кхем-м-м… Я едва протолкнул ком вставший в горле и приказал уже более чётко, — огонь, прямо над трупом улитки.

А сам выхватил огненный жезл и направив его назад заорал:

— Смерть, смерть, смерть!

Выпуская один за другим три огненных шара примерно в ту сторону.

Рядом загрохотал пулемёт, пули прошивали воздух и призрачные силуэты без всякого вреда для последних, а вот огненные шары, влепившись в грудь одного из привидений, оставляя в нём три неровных отверстия, края которых искрились, будто подожжённая, пропитывая селитрой бумага, быстро расширяясь и поглощая силуэт целиком.

Астральный слепок разрушен.

+1 к ментальной защите.

Разрушение одного из призраков подстегнуло остальных. В притихшем лесу снова раздался душераздирающий вой, и они, оставив останки выпитой досуха улитки, устремились к нам.

Стрельба Зубра прекратилась, практически не начавшись. Как он узнал, что она бесполезна, ведь я не отменял приказа?

Я бросил быстрый взгляд на него и уставился в глаза ещё одной белоснежной улитки, которая каким-то невероятным рывком преодолела последние двадцать метров и теперь нависала над моим напарником извивающейся пульсирующей колонной. Стебельки её глаз были вытянуты вперёд, а в самих глазах расходились концентрические круги, которые перетекали по стебелькам на её тело, создавая на нём гипнотические волны, от которых меня моментально затошнило, выворачивая наизнанку, а вот на Зубра это действо произвело совсем другой эффект. Он начал медленно поворачиваться ко мне и я увидел, что его глаза закатились так, что стали не видны зрачки, а только белки покрытые сеточкой лопнувших капилляров, челюсть его безвольно свесилась, с губ потекла вязкая слюна, а вот руки действовали весьма сноровисто, направляя на меня ствол пулемёта.

Рывком подскочил к нему, одной рукой перехватывая ствол, а второй изо всей силы врезав ему по отвисшей челюсти.

Раздался сухой треск, но Зубр от удара только едва мотнул головой, а руки у него вообще продолжали работать, как пневматические поршни, практически не замечая моего противодействия. Пришлось навалиться на него всем телом, задирая ствол наверх и тут на меня будто ведро кипящей воды вылили. Звучащая за спиной торопливая и неумелая молитва Анны смолкла, сменившись криком боли. Я сам не заорал только потому, что у меня будто челюсти заклинило жутким морозом. И действительно это был не кипяток, а настолько сильный холод, что и у меня и у Зубра кожа моментально посерела и стала лопаться. В самый неподходящий момент до нас добрались призрачные твари, обжигая своими смертоносными аурами, а тут ещё этот кайфонутый Зубр…