Я не верил своим глазам. Одно дело — слушать рассказы, совсем другое — видеть воочию. Описать, что творил лидер ПРОЕКТА, было невозможно. Он действовал со стремительностью и неумолимой силой урагана, сметающего все на своем пути.

НПС-рыцари в полной броне от его ударов отлетали на несколько шагов, как кегли, сбитые удачным страйком в боулинге. Как дождь, во все стороны брызгали обломки щитов, осколки доспехов и оружия. Рядом со мной едва успел пригнуться Амур — над ним со свистом пронесся, запущенный как из катапульты металлический рыцарский щит.

— За мной! — опомнился Аргентум. — Давайте, парни, все вместе!

Он вскочил на маунта, за ним последовали Нико и Лионель. Я, Амур и Пламень начали обходить с флангов, Валькирия держалась сзади, беря Тао на прицел.

Лидер ПРОЕКТА выпрямился, улыбаясь и осматривая нас. В левой руке он держал отделенную от туловища голову рыцаря-НПС. По светлым волосам я с ужасом опознал генерала Лаорта. Тао небрежно отбросил ее, усмехаясь, насмешливо отсалютовал нам клинком.

Аргентум:Все вместе, Либерти, все вместе!

Аргентум верхом несся на него, занося секиру. Он был лучшим всадником из всех, что я видел, на маунте просто творил чудеса. Вот и сейчас он пытался использовать свою излюбленную связку — сбить противника с ног ударом скакуна, ошеломить, мгновенно добавить секирой сверху.

Тао все это прочитал. Как он успел уклониться, я не понял. Широкий взмах Черного Меча подрубил ноги коню Аргентума, «Дозор» кубарем покатился в траву, вскочил красиво, умело…

И тут же захрипел, повис на клинке, пронзенный Тао насквозь. Иконка его тревожно замерцала, окрасилась красным и погасла.

Я оглянулся. Группа эрра пропала в лесу, затерялась среди деревьев, ее уже не было видно.

Мы напали на Тао все вместе, используя все, чему нас научили тренеры Либерти. Но силы были не равны, хоть нас было шестеро, а он один.

Тао оборонялся, не сходя с места и не делая лишних движений. Он улыбался. Скупые взблески черного меча отражали все наши попытки пробить его защиту. При столкновении клинков я ощутил космический холод, пробравший до костей. Ледяной укол пронзил мою руку, сжимающую рукоять «звездного» меча. И оружие Тао не исчезло, потеряв свою прочность, при соприкосновении с моим огненным мечом!

— Демоническое оружие не имеет прочности, — тихо произнес чей-то незнакомый голос совсем рядом. — Оно неуничтожимо.

Мы были беспомощны перед ним, как кутята, прыгающие на бойцовского пса. Меня охватило тревожное ощущение полного бессилия — мы ничего не могли сделать бойцу такого уровня. НИЧЕГО. Мы могли только пытаться — и умирать.