Старуха же, не обращая на нытье пацанов ни малейшего внимания, сначала выдавила из Волчанки ярко-красный сок, а потом принялась вычерчивать получившейся жидкостью Гексаграмму, или октограмму. А может быть, ещё какую-то грамму — не очень-то разбираюсь в греческом. Знаю только, что пента — это пять, а гекса, — наверное, шесть? Хм, а осьминог — октопус, значит, окта — это восемь? Да и кроваво-красных лучей на полу судя по меловому наброску тоже восемь. Получается, бабка рисует октаграмму.
Знания необходимо не только получать, но и уметь их применить:
Интеллект + 1.
Не удержавшись, я хмыкнул. У меня пятый уровень, четыре нераспределенных очка характеристик, один невыбранный навык и уже семь пунктов Интеллекта! Серьёзно, обожаю эту игру! Ещё бы удалось избежать жертвоприношения — вообще здорово будет.
За свою жизнь я, понятное дело, не переживаю, но с бабки станется навесить мне вечный штраф на характеристики или ещё как-нибудь подгадить. А оно мне надо?
Многие знания — многие печали:
Интеллект + 1.
Да уж, тот момент, когда умным быть выгодно в прямом смысле этого слова. Ещё бы в живых остаться… Хотя, чего я переживаю? Неужели сценаристы не предоставят игроку выбора? Исключено, это же всё-таки игра. Значит, шанс поторговаться за свою жизнь, скорее всего, будет. Интересно, как бы Макс поступил на моём месте? И чтобы мне предложить такого этой карге…
Я покосился на знахарку, которая заканчивала вырисовывать октаграмму. Ей оставалась начертать последний луч, и она, судя по всему, разговаривать со мной не планировала.
— Чтоб тебя Чернобог прибрал! — неожиданно проскрипела старуха. — А Морена выморозила всё нутро! Кир! А ну давай ещё Волчанки!
— А больше нету, — протянул пацан, явно не зная, как себя вести в такой ситуации. С одной стороны — умирающая мать, с другой — незнакомец, спасший его с братом от смерти.
— Как это нет? — прошипел бабка. — Я же велела две корзины набрать!
— На… на шкуру выменял, — с трудом выдавил пацан и указал на меня пальцем. — У н-н-него.
Старуха зло зашипела и пронзила меня взглядом своего единственного глаза. Я, к слову, попытался изобразить вежливую улыбку, но с кляпом это сделать оказалось затруднительно.
— Эльфийское племя, — прошипела знахарка, ловко выдёргивая у меня изо рта кляп. — Хитрые, как лисы!
— Ловкие, как коты, — добавил я, постаравшись устроиться на стуле как можно непринуждённее. — Прекрасная погода нынче, не правда ли?
Уж что-что, а заговаривать зубы — мой конёк. Не зря я два года заведовал в нашей команде общением со спонсорами, блогерами и журналистами. Сейчас раскрутим бабку на задание!